Книга Жених есть, совести - нет!, страница 32 – Анна Сергеевна Гаврилова, Яся Недотрога

— Я люблю тебя, — прошептал Лекс. В этом выдохе было столько искренности, что меня накрыла волна жара. А губы мужа опять сомкнулись на ставшей такой твёрдой вершинке.

Губы, язык, пальцы… эти ласки сводили с ума.

Лекс удерживал, продолжая целовать, а мне становилось всё жарче. Когда Аргросу надоела стеснённость кресла, он пересадил меня на стол.

Сначала пересадил, потом уложил на столешницу и, уподобившись подмявшему добычу хищнику, продолжил заниматься грудью. В данный момент прочие части тела мужа не интересовали. Он наслаждался упругими полушариями, и распалял меня!

Я понимала, что тону. Чем дальше, тем сильнее погружаюсь в сладкое безумие. Не в первый раз, и даже не во второй, но… Я ещё не успела привыкнуть к такому. К вот таким Лексовым выходкам. Мне хотелось то ли продолжить, то ли сбежать.

Аргрос не делал ничего лишнего — только в самый последний момент его рука проникла под юбки и потянулись к сокровенному. Несколько уверенных, точных прикосновений к самой сладкой точке, и меня выгнуло. Я прикусила губы, чтобы не закричать.

Но тихо всё равно не вышло. Мне казалось, что меня слышал весь дом, а Лекс, сволочь такая, лишь усмехался.

Муж был чрезвычайно доволен тем, что случилось, но этого негодяю показалось мало…

— Любимая, а давай-ка примем ванну? — произнёс он хитро.

— Нет. Ни за что, — пробормотала я, стараясь выбраться из сладкого тумана.

Это была ложь. Я сопротивлялась только для вида. Всё-таки бывают моменты. когда «нет» означает «да».

Я проснулась… Да в шоке я проснулась, что уж! Щёки пылали, грудь приятно ныла, по всему телу растекался сладкий жар.

Здесь, наяву, мне было так же хорошо, как в сновидении, с одной только разницей — было безумно неловко и стыдно! Масла в костёр моих эмоций подливал тот факт, что сон снова был непростой.

Пророчество. Предвидение. Предсказание того, что ждёт меня в семейной жизни. Событие из числа тех, что абсолютно неизбежны — хочу я того или нет.

— Ну, Лекс. Ну… Лекс! — возмутилась вслух.

Сказала и дотянула одеяло до подбородка, пережидая непрошенную сладкую бурю. Ощущения были настолько новыми, что пугали. При этом вспомнился родной особняк, и подслушанный однажды разговор двух служанок — девушки с упоением, прикрывая глазки, говорили о чём-то вот таком.

И наша кухарка! Пышная, румяная, дородная… она пережила двоих мужей и долго выбирала третьего. Заглядывая в кухню я периодически слышала обрывки её рассуждений, о каком-то удовольствии. Мол, главное в мужчине, чтобы умел сделать жене хорошо!

Тогда мне думалось, что речь о бытовых мелочах. О цветах по воскресным дням, подарках и милых маленьких сюрпризах от случая к случаю. И никак не понимала, почему обнаружив меня, кухарка сразу прикусывала язык.

А теперь поняла.

Мысль о том, что существуют женщины, которые осознанно стремятся к вот такому жару и мурашкам, стала ещё одним открытием. Как можно такое планировать? Как вообще можно рассматривать мужчину с позиции способен он «сделать хорошо» или нет?

Буря и вызванная ею непродолжительная слабость отступила, и я, выскочив из постели, несколько раз прошлась по комнате. Перспективы откровенно пугали. Я не хочу лежать в расстёгнутом до талии платье на письменном столе!

Стоило лишь на миг подумать о том, что творил в сновидении Лекс, и меня снова накрыла сладкая волна — не такая мощная как при пробуждении, но ощутимая.