Книга Живое Серебро, страница 102 – Anne Dar

Ровно в полночь у нас обоих одновременно сработала вибрация на наших часах-компасах. Проверив их, мы увидели пугающее сообщение: “Количество живых участников – 67”. Три человека этим днём или этой ночью погибли в этом месте. Отчего? Неудачно ли они приземлились, убили ли их другие участники или причиной стала опасная природа? Но разве это важно для нас? Для нас важно только то, что мы всё ещё остаёмся среди живых. Первые сутки вот-вот минут, наступят вторые… Доберёмся ли до четырнадцатых суток? Конечно доберёмся! Конечно… Как же иначе…

Натянув на голову капюшон, стараясь погрузиться в него поглубже, я полночи думала о том, что бы сказали Берд, мама, Октавия, Эсфира, Арден, Арлен и Гея, увидев меня сейчас, что бы они мне посоветовали, как бы помогли, что бы было, если бы кто-то из них спал рядом со мной вместо Стейнмунна… Мой сон стал походить на бред, а бред стал походить на сон. Ужасно холодная и нервная ночь получилась. Однако, эта ночь была одной из двух лучших ночей, что для меня уготовило Ристалище.

Глава 28Второй день Ристалища

Видимо, и мне, и Стейнмунну удалось более-менее нормально заснуть только перед рассветом, потому что мы проснулись и начали шевелиться, только когда утренние сумерки перетекли в полноценную серость. Первым из-под маскировочного брезента выбрался Стейнмунн. Не желая выказывать слабость, я не позволила себе поваляться ещё хотя бы полминуты, так что сразу же последовала за ним.

После холодной ночи, проведённой на болезненно-неровной поверхности, кажется, каждая мышца моего тела замерзла и замлела, так что мне уже даже хотелось поскорее начать активный день, наполненный подвижностью, пусть даже мои ноги предательски ныли от пяток до самых бёдер.

Я помогла Стейнмунну ровно сложить маскировочный брезент и засунуть его в мой рюкзак, после чего я уже думала предложить ему начать потрошить его запасы сухарей, как вдруг случилось то, чего я совершенно не ожидала: прямо перед нами выросли люди! Трое крупных парней. Пятикровки, которых я запомнила по Руднику: двое из них убили своих противников во время спаррингов, хотя в таком исходе не было никакой необходимости! Мой желудок мгновенно скрутило… Как они смогли так бесшумно подкрасться к нам?! Почему мы заметили их только сейчас, когда между нами осталось всего каких-то десять жалких шагов?!

Недобро присвистнув, первым заговорил самый крупный парень, брюнет, стоящий между хмурым блондином и рыжеватым парнем со шрамом на шее:

– Кто тут у нас? Голубки из Кантона-J, я ведь ничего не путаю?

– У девчонки гарантом был Золото, это стопроцентная информация, – вдруг подал голос рыжий.

– Золото, говоришь… – оценивающим тоном откликнулся брюнет, сразу же переведя всё своё внимание на меня. – Наверняка твой богатенький гарант не обделил тебя интересными игрушками, да, красотка? Давай-ка ты поделишься с нами своими богатствами и, быть может, я не сильно помну твою прелестную фигурку.

Если бы я была одна – я бы рванула в противоположную от них сторону и попробовала бы сбежать, более того, у меня наверняка получилось бы удрать, со своими-то длинными ногами, опытом в беге и лёгкой комплектацией, которая давала мне откровенную фору против более массивных, тяжеловесных и оттого менее поворотливых противников. Но я была не одна – со мной был Стейнмунн, который не только был таким же крупным, как самый выделяющийсяиз наших оппонентов, но и к тому же более гордый, чем я – хотя, казалось бы, куда ещё горделивее! – а значит, не способный позволить себе спасаться бегством от того, кому сам может знатно начистить морду. Вот только их трое, и все они крупные, а нас двое, и я явно не являю собой сильное звено нашего союза… Возьмут меня в плен – Стейнмунн моментально проиграл. Ладно-ладно-ладно!.. В “J” я резала людей, в основном воров, с которыми порой сталкивалась на ночных крышах, но ведь я только “надрезала” – никого не убивала, только ранила! А вдруг здесь придется действовать кардинально?!