Книга Защити или отомщу!, страница 115 – Юта Пахомова

- Стерва. Отверженная. Даже Матушка посчитала тебя недостойной. Не надейся, что я тебя помилую, когда доберусь до тебя! – сказал он, все еще пытаясь понять, где она прячется.

Рации были установлены возле самого потока, и поэтому, как бы Богдан ни старался, найти источник звука он не смог.

- Ты не щадил меня никогда, так что я уже привыкла! – спокойно сказала она, а дальше замолчала, вновь нервируя Богдана своим молчанием.

Мужчина не стал задерживаться на одном месте и, обойдя препятствия в виде металлической конструкции, прошел в сторону стола, где находились все детали. Он не мог видеть все четко из-за плохого освещения, и поэтому ему пришлосьруками отбрасывать ненужные вещи в сторону в попытке отыскать что-нибудь стоящее.

Одна… Вторая… Третья вещь упала на пол и издала глухой звук. Еще и еще пару вещей полетели в сторону, и затем раздался громкий вскрик и отборный мат в исполнении дяди.

- Перелом пальцев в тот момент, когда Вадим намеренно зажал мою руку в проеме двери. Амелии было пятнадцать, и все, что она сделала ««неправильно», это принесла воду в его комнату, пока он трахал там служанку. Знакомо, правда? – произнесла бесчувственно она. – У нее было сломано четыре пальца, сколько сломал ты? – спросила она, на что получила отборный мат и сплошные угрозы о том, что он с ней сделает, когда найдет.

- Зря я не дал Ивану тебя поиметь. Может быть, тогда он бы тебя сломал, ты бы сейчас лежала у его ног, как послушная игрушка и не более. – зло произнес Богдан, прижимая к себе окровавленную руку с переломанными пальцами.

Ему было очень больно, что слышалось по тому, как он шипел от боли и тому, как он пытался унять дрожь своего тела, которое не знало таких побоев ранее.

Дядя, к удивлению Амелии, держался лучше, чем она ожидала, и у нее даже закралась надежда, что он доживет аж до самого последнего ее сюрприза.

- К сожалению, угроза насилия больше не актуальна. Твой сынишка уже пытался, но ты сам его остановил. Это, наверное, единственное, за что я могу сказать тебе спасибо. Я не смогла придумать, как заставить прочувствовать тебя эту боль, за что прошу прощения. – сказала она. - Вариант был между палкой в жопу и нанятым плачем, который бы все сделал за меня, но это было бы слишком просто с моей стороны, так что будем считать, что я это пережила.

- Жалкое ничтожество. Я заставлю за все тебя заплатить. Вот увидишь, ты еще пожалеешь, что выжила! – выкрикнул он.

- Ну раз так, то сюрприз в студию, чтобы подбодрить моего гостя... - сказала торжественно Амелия и потом спокойно добавила. – Иван мертв. Он умер от моей руки уже давно. – она сказала это и опять замолчала, давая возможность мужчине осознать, что она только что сказала.

Своеобразная игра не давалась ей так легко, как это звучало в ее интонации. Такое поведение было для нее нетипично, но вся злость, обиды и желание отомстить подстегивали ее завершить игру. Каждое высказывание дяди только сильнее убеждало ее в том, что она всвоем праве, но спокойствие было напускное, и в такие моменты, когда она замолкала, она старалась напомнить себе, ради чего она это делает.

Амелия лишь надеялась, что каким-то чудом прежняя душа этого тела увидит и узнает все, что сейчас происходит с Богданом, и сможет понять, что за нее отомстили. Ее обидчика поставили в роль жертвы и заставили пережить все то, что пережила она сама. Они оба!