Книга Солнце, уснувшее в ладонях ведьмы, страница 74 – Елена Кондрацкая

Кристалл над стеллажом горел тускло, но света хватало, чтобы рассмотреть буквы на корешках, а когда за окном ударяла молния, кристалл тоже вспыхивал ярко, а после гас на несколько секунд, погружая библиотеку во тьму. Большая сила притягивает силу меньшую. Мощный электрический разряд где-то далеко-далеко крал на несколько мгновений магию из волшебных кристаллов, присваивая её себе. Стихия всегда была сильнее человека, сильнее ведьм, необузданная, могущественная, возможно, поэтому на протяжении всей человеческой истории её сперва боялись, поклонялись ей, а потом – пытались подчинить. Большая сила подчиняет меньшую. Поглощает.

Молния снова осветила зал, библиотека снова погрузилась во тьму. Я остановила пальцы на книге, которую выбрала, но ещё не успела снять с полки. Кристалл мигнул и снова стал медленно, будто нехотя разгораться, а я так и не сняла книгу с полки. Справа от меня, напротив окна, неподвижно стояла человеческая фигура. Я видела её лишь краем глаза, боковым зрением, и не могла найти в себе силы пошевелиться.Кожа покрылась мурашками от холода, я будто внезапно оказалась на морозе, изо рта вырвалось облачко пара. Пальцы закоченели, а я задрожала; по корешкам книг, треща, пополз иней. Запахло лесом, сырой землёй и прелой листвой.

Фигура дёрнулась и двинулась в мою сторону. Протянула руку к моему лицу. И только тут я сумела совладать с собой. Отпрянула, одновременно швыряя в фигуру книгу, споткнулась о собственные ноги и упала. Книга пролетела сквозь фигуру, ударилась о стену и шлёпнулась на пол. Фигура, сотканная из белёсого тумана, продолжала надвигаться, протягивая ко мне руки. Рот её был распахнут в безмолвном крике, неестественно перекошен, черты, нечёткие, смазанные, то складывались в туманное лицо, то исчезали, лишая призрака человеческого облика.

Снова полыхнула молния. Меня накрыла темнота, пугающая и холодная, как волны Ледовитого океана, парализующая. А когда свет вернулся, в проходе никого не было. Призрак исчез.

В библиотеку вернулось тепло. Или это меня бросило в жар? Я легла на спину и выдохнула. Меня всё ещё потряхивало, а сердце колотилось в ушах. Какого, мать его, хрена? Призраки в Стоункладе? Этого ещё не хватало.

Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить туманный образ. Разглядеть я его толком не смогла, только выцепила пару ничего не говорящих деталей.

Это совершенно точно была девушка. И на ней было длинное, кажется, современное платье.

Я встала и, совершенно забыв об эссе, поплелась обратно к столу. Именно поплелась, потому что сил двигаться быстрее у меня не осталось – призраки вытягивали магию и жизненные силы, впитывая их как губка, именно поэтому с ними никто не любил работать, требовались годы практики, чтобы научиться взаимодействовать с душами умерших и не чувствовать себя после контакта выжатым лимоном. И, как можно было догадаться, у меня такой практики не было, вокруг меня не было даже защитного круга, который бы снизил потустороннее влияние. Коснись призрак меня, я бы сразу отключилась. Мы однажды баловались с Джиа и Генри: на втором курсе выслеживали призраков на местном кладбище после посиделок клуба «Баек». Промучившись до полуночи, сумели призвать какую-то старуху. Напортачили с пентаграммой, из-за чего старуха в гневе коснулась Джиа, и та провалялась в отключке весь следующий день. То, как мы с Генри тащили её обратно в академию, споря,стоит ли звать на помощь, – отдельная история. Благо это были выходные и никто нас не хватился, а Джиа пришла в себя. После мы додумались прочитать, чем может быть чревато общение с призраками без должной подготовки и средств защиты. Больше мы таких экспериментов не проводили. Стоунклад же защищали от призраков заклинания и обереги, но, должно быть, в Самайн граница между жизнью и смертью стала такой тонкой, что один призрак сумел прорваться через Пути Потока. Стоит завтра с утра сообщить об этом мисс Гримм.