Книга Лечить нельзя добить, страница 8 – Ева Никольская, Кристина Зимняя

Не иначе как Йаала пошутила, а заодно продемонстрировала, что о моём коварстве думает — не зря же она считается покровительницей целителей.

Но я же не просто так! Я же с серьёзными намерениями!

Мысленно ворча на себя и своё дебильное самочувствие, побрёл в уборную.

Медленно, по стеночке, стараясь не навернуться, ибо штормило не по-детски. Надо всё же сказать лекарям, чтобы снизили дозы лекарств, а то Анни запомнит меня, как бревно, бездвижно возлежащее на соседней койке.

В уборной проторчал минут десять, не меньше. Попытался изучить в зеркальном отражении продырявленную спину, но, кроме плотной целительной плёнки, украшенной светящимися рунами, ничего не увидел.

Несколько раз умылся холодной водой, желая взбодриться. Помогало, но не очень. В душ пойти не рискнул из-за проклятой слабости — не хватало там поскользнуться и шею себе свернуть. Магистр Эльр за такую нелепую смерть с того света достанет, тем более что в приятелях у него декан некромантского. Да и Аннику подставлять не хочется — она же за меня сейчас отвечает.

Спина ныла, но не болела так, чтобы в петлю лезть — бывало и хуже. На боевом факультете неженок не держали, а наш куратор и вовсе с подопечными не церемонился. Переломы, ожоги, раны, не говоря уже об ушибах, были всегда. Так почему сейчас я растекаюсь подтаявшим студнем? Откуда эта слабость?

Будто не боевик, а фиалка из эльфийского леса. Позорище!

Приведя себя в порядок (насколько это было возможно), затянул потуже шнурок на смешных больничных штанах, ободряюще улыбнулся собственному отражению и решительно вышел из уборной, не желая больше держаться за стеночки, как какой-то доходяга.

Запала моего хватило до двери палаты, возле которой я и рухнул в обморок.

Только и успел подумать, что хоть освежился.

Очнулся от голосов, которыеактивно меня обсуждали. Голова ватная, веки свинцовые — явно не то состояние, чтобы бодро вскакивать, рапортуя о своём пробуждении. Вместо этого я продолжил тихо лежать — судя по ощущениям, на койке — и внимательно слушать. Похоже, при моём падении сработала сигнальная нить, выдернув из кроватей сразу двух магистров.

Досадно, но что поделаешь.

— А я говорю: выписывай! — настаивал магистр Эльр шёпотом. — Мои парни терпеть не могут лазарет! Ещё немного — и сам сбежит.

— Он уже… кхм… попробовал. Аж до уборной добежал. Результат налицо! — парировал декан лекарского факультета, откровенно (и злорадно) посмеиваясь. Вот гад!

— Тише ты, — шикнул на оппонента куратор.

— Процесс заживления, как видишь, очень медленный, — начал занудствовать Близард, понизив голос. — Слишком медленный! При том количестве зелий и магии, что на него истратили, твой обалдуй уже должен был быть как новенький! А он чуть не испортил мне репутацию, попытавшись помереть прямо в лазарете.

— Но не помер же! — возразил Эльр.

Я не видел его лица, но точно знал, что куратор ухмыляется.

— Повезло дураку! — припечатал Близард. — Громко упал — разбудил Аннику. А она умница: не растерялась, сразу рану стазисом накрыла.

— А что же твоя умница на посту спала?

— А что ей, сутками на пациента глаза таращить? У него вон тот шнур от звонка для чего в изголовье приделан? Чтобы пыль собирать? К тому же девочка ещё не полноценный целитель, а лекции по работе с пациентами-идиотами только на последнем курсе будут.