Книга Рабыня, страница 98 – Елена Шевцова

Вампир, легко поднял на руки безжизненное тело, и крепко обнял. Он раскачивался, прижимаяеё к себе и вдыхая тонкий аромат её духов, уже исчезающий под тяжелым запахом смерти. Она была его надеждой, его — светом в конце тоннеля. Как…как он мог отнять её у него?!

Хамир осторожно переложил Маэль, и выпрямился. Двери комнаты скрипнули, впуская ещё одного посетителя, и князь стремительно обернулся. Насмешливый голос вошедшего вернул его в реальный мир.

— Ого, впервые вижу плачущего вампира, — Дарт с интересом разглядывал представшую его глазам картину.

— Заткнись! — Хамир протянул руку, и стер влагу со щек.

Дарт усмехнулся, заметив, как постепенно трансформируется тело стоящего напротив вампира. О да…он так долго ждал, когда же, Рангар покажет свое истинное лицо. Но это только начало. Скоро все, абсолютно все, увидят его истинный облик и тогда наступит новая эра. Эра, где хозяином будет он — Дарт. Он создаст новую империю, возрожденную на осколках старой, и получит то, чего так хотел добиться эльф. Глупец, он сам вырыл себе могилу. Вампир не простит, и принцу придется отвечать за дело рук своих. А это значит только то, что Дарту и пальцем не придется пошевелить ради собственной победы, Рангар сам принесет её ему. Да…все что у него есть принесет, на большом золотом блюде! От таких мыслей на губах дроу расцвела довольная улыбка. Хамир, заметив довольную рожу Дарта зарычал и кинулся на него.

— Оу, оу, полегче, друг! — Дарт старался говорить мягко, чтобы трансформировавшееся чудовище, не сделало его — своей целью номер один.

Монстр внимательно слушал, склонив страшную морду чуть набок. Его глаза, выражали легкую заинтересованность. А Дарт мучительно соображал, как вывести Хамира из этого состояния… Кажется, Рангар всегда разговаривал с ним, ну или применял магию. Вот только сам он вряд ли сможет что-либо подобное. Опасаясь делать резкие движения, Дарт посмотрел на труп, и его осенило:

— Кажется, она жива… — сделав испуганные глаза, дроу уставился на оракул, и это подействовало. Вампир, почти мгновенно, принял прежний вид и стремительно обернулся, а он вытянув руки принялся за уговоры, — только не убивай меня, побереги свои силы для принца.

Когда Хамир понял, что провернул Дарт, его снова чуть не переклинило.

— Ты же теперь его правая рука. Неужели твоя верность настолько недолговечна?

Дроу хмыкнул, небрежно откинув со лба прядьплатиновых волос, и раздражающе мягким тоном протянул:

— А ты? Ты сам, что же, все ещё собираешься хранить верность принцу, после того, что он сделал?

Хамир поранил губы, стремительно отросшими вновь, клыками. Даже мимолетная мысль о Рангаре и его преступлении, заставляла тело вампира реагировать.

— Я собираюсь похоронить её, но я вернусь… Принц заплатит за смерть Маэль. Ради этого, я даже готов вернуться домой и доверить свою кровь, старейшинам. Можешь передать ему, что мы скоро встретимся, и пусть он будет готов к этой встрече, потому что после этого — он умрет, — Хамир поднял на руки Маэль, трансформировался и взлетел, — я всегда пренебрегал своим народом ради его будущего. Я оставил свою семью и предал их, присягнув эльфам. А это самое страшное преступление у вампиров, предать свою кровь… но больше, я такой ошибки не совершу.

Дарт, задрав голову вверх, смотрел, как вампир произносит что-то на своем языке. После, прокусив губу и слизнув с неё собственную черную кровь, он зарычал. Дроу не знал древнего языка вампиров, но понял, что Хамир делает что-то особенное. Какого же было его удивление, когда воздух рядом с ним сгустился и вспыхнул, а из образовавшегося портала, вышел седовласый длинноволосый вампир. Его лицо было покрыто сеткой морщин, а когти напоминали длинные изогнутые спирали черного цвета. Красные глаза, бледная кожа и ярко красные губы.