Онлайн книга «Год левиафана»
|
«Лучше б вышиб». – Утробный рык сожаления заполнил комнату. Торвальд не мог унять бешенства, однако, ища лазейку, снова и снова украдкой перебирал пальцами черные нити йотунской магии, до которых мог дотянуться – прочные, крепкие. Они медленно и болезненно тянули из него жизненные силы, крупицы хаоса, эмоции: ярость, боль, печаль… Нити резали, кромсали душу, будто натянутые струны сырую глину. Он понимал, что враг специально пустился в разглагольствования – провоцировал, пробуждал нужные ему чувства. Торвальд знал. Он это помнил. И знал, что нельзя поддаваться, нужно отвлечься, думать о другом… Срочно думать о другом: – Осторожно! Вальд! Перед ним молниеносно взметнулась огненная стена, в которую вонзились три чёрные стрелы, метившие в его грудь. Магия встретилась с магией, зашипела. Тангниостр взвился на дыбы, но Торвальд осадил его. – Спасибо, я… – По сторонам смотри! – перебила его Лагерта, – А не на меняпялься. – Трудновыполнимо, Лис, – притворно вздохнул он, однако уже окидывал цепким взглядом местность. – Вальд, прекрати. Здесь могут быть ещё ловушки. Похоже, мы на верном пути. Ты, кстати, надел оберег, что я тебе подарила? Он кивнул: – Лучше. – Торвальд быстро приподнял рукав, показывая вживлённую в кожу каплю пламени. – Теперь он всегда со мной. Он выдвинул Тангни вперёд на полкорпуса и сосредоточился. Оранжевая пестрота вокруг приобрела множество новых оттенков, запахи расслоились на сотни компонентов и принялись рассказывать истории леса. Где-то между семейкой рыжиков, трухлявым пнём и помётом барсука промелькнул гнилостный шлейф йотунской магии. Возле кряжистого дуба он сходил с тропы и скрывался в чаще. – Придётся оставить наших козлов здесь. – Торвальд подавил частичную трансформацию и махнул рукой в нужном направлении: – Нам туда. – Асбьёрна ждать не будем? – На это нет времени… – Время, время, время, – проскрипел над ухом ненавистный голос, снова вырывая из лап прошлого. – Его власть безгранична. Ты ведь это уже понял, Вальд? Очнулся спустя век, а тех, кого ты любил, беспощадно пожрали годы. Печально, правда? – Кхх… Всех… – прохрипел Торвальд, глубоко вздохнул и, собрав все силы, прошептал: – Всех, кого я любил, убил ты. [Брунхильд Янсен] Мэрит как-то раз принесла на фабрику потрёпанную книжонку «Гадания, предсказания и приметы», читали её всем цехом, выписывали себе интересующие отрывки… А когда через месяц или два ни у кого ничего не сбылось, книжку торжественно сожгли в доменной печи соседнего цеха. Но одна строчка из шарлатанских текстов запряталась в памяти и сегодня вспомнилась Хильди: «Глаза – это зеркало души». Торвальд обладал сложным, глубоким, многогранным взглядом, в котором можно было утонуть, столкнуться с пугающей потусторонней реальностью, ощутить, как из бирюзовых глубин на тебя смотрит не только сканд ла Фрайн… А вот у мужчины, сидящего за столом, взгляд был острым, цепким, словно наточенный кинжал, которым он вспарывал наружную оболочку, и словно зазубренный рыболовный крючок, которым он выковыривал саму душу и всё, что сокрыто в ней. Казалось, что этот человек уже знал всё то, о чём ещё даже не спросил вслух. Усы у него тоже были острые, как два чёрных длинных штриха, полосующих лицо. Тонкие усы над тонкими губами. Острым было иимя – сканд Брой. Короткое, резкое, как удар клинка. |