Онлайн книга «Ибо однажды придёт к тебе шуршик…»
|
– Пэк! – окликнул он ушастого товарища. – Как вы тут питаетесь, я понял, а вот попить у вас можно? – Конечно! Сколько угодно! Дождь начнётся, только язык подставляй… – И часто у вас случаются дожди? – А на Земле часто? – Ну, как сказать… – Вот и у нас так же… – А реки у вас есть? Или там озеро? – Ну, я тут как бы недавно. Но, если тебе прям невтерпёж… Вот… – он выдрал из земли стебель с довольно толстым корнем и, ловко срезав когтем часть ботвы, так чтобы осталась лишь небольшая трубочка, протянул королевичу. – Дуй, как говорится, ни в чём себе не отказывай… – Ты не понял. Мне бы так, чтобы можно было бы отражение увидеть? – Странные вы, человеки, существа. Отражения какие-то! Ты посмотри, какая красота кругом! Это же жизнь! Что может быть лучше?! А ему – отражения подавай! – Ты не понял, дружище… – Ярик повертел корень в руке, заглянул в трубочку и увидел, что внутри она полая. – А что с этой штуковиной делать? – Вставить в рот и сосать… – отозвался Крошка. – Зачем ещё нужна трубочка с дырочкой-то?! Принц внял совету более искушённого и обнаружил, что жидкость внутри клубня вполне себе употребительна. На вкус, как молоко с клубникой… – Удобная штукенция, – кивнул он. – Ты про корешок? – обернулся ушастый малый. – Не-а, про трубочку… Если доведётся вернуться на Землю, нужно будет озадачить Митю, изготовить подобное же… А вкус у этих корешководинаковый, или бывают разные? – Ну, захочешь ещё попить – узнаешь… – философски завернул шуршик. Разноцветный отряд спустился с холма и, достигнув долины, ни с того ни с сего грянул песенку, от которой всколыхнулось бесконечная степь и отозвалась не менее стройной полифонией тысяч голосов её обитателей, что c вечера затихарились в ковыле от любопытного глаза. Натренированное ухо королевича немало удивилось музыкальной слаженности импровизированного хора. А уж когда Солнце в такт чеканному шагу добавило яркости, в небо взвились пёстрые бабочки, неизвестно откуда появились, рассекая небосвод маленькие юркие птички, что вплели в общую мелодию свою заливистую трель, Ярик и вовсе впечатлился. Неведомый мир словно гигантский организм просыпался, расправляя плечи под удалой марш ушастой братии… Расскажи кому – ни в жизнь не поверили бы! Тут что-то внутри их высочества завибрировало, выпрямило спину, развернуло плечи в косую сажень, наполняя лёгкие неописуемым восторгом, и через мгновение, он уже голосил вместе с разноцветными зверьками удалой гимн, шествуя к древнему дереву, к которому буквально рвалось его резонирующее в такт музыке сердце. Он ещё удивился, откуда ему ве́домы слова совершенно незнакомой песенки?! Уж не корешок ли тому виной? Но думать мысль дальше не стал, потому как хотелось слиться в едином порыве захлестнувшего воодушевления. У нас, у шуршиков есть только коготочки, Пусть сердца нет, но это – не беда! Пока другие нюхают цветочки, Мы прорезаем поступью века! Мы родились, раскрасить серость будней, Чтобы любой поверил в чудеса. Пускай к мечте тропинка будет трудной, Её проложим даже в небесах! Упрямо, уверенно, дерзко Взлохматим просторы полей, Жилось чтоб в пределах Вселенной Зверькам всех мастей веселей! Песенка ширилась, поднималась ввысь и убегала за горизонт. Ярику иногда казалось, что даже проплывающие по небу планеты, вторят голосам соплеменников разноцветной стаи, встраиваясь в общее многоголосие. От этого в сердце теплело, а на губах растягивалась улыбка. |