Книга Ибо однажды придёт к тебе шуршик…, страница 126 – Игорь Маслобойников

«Что же означает ваш флакончик, господин канцлер?» – подумал Ярик.

«Интересно, на что ты пойдёшь ради своей девицы?» – подумал в свою очередь Будраш.

Королевич вдруг отчётливо осознал, что в его жизни впервые появился враг и это новое, незнакомое чувство очень насторожило юношу, ибо если враг пришёл в твою жизнь, беды не миновать! Канцлер же заключил и не без оснований, что флакончик их высочество напрасно поторопились выбросить. Охота только начиналась, и разбрасываться подобными вещами весьма и весьма опрометчиво! Впрочем, за всемиэтими манипуляциями советник не обратил внимания на одно немаловажное событие, накрывшее его в тот вечер. Да и откуда ему было бы знать! Только едва время перевалит за полночь и вплоть до своего последнего вздоха, он более не вспомнит ни одной строчки из всех тех книг, коими с такой страстью зачитывался в период отрочества. Данное обстоятельство не ускользнуло бы от пристального внимания Маленького Бло. Однако у великого комбинатора в тот день, по-видимому, случились дела поважнее. Сердце же не последнего человека в государстве вслед за утратой снов теперь вытравило из себя и любые зачатки романтизма, почернев ещё более и зачерствев ещё основательнее.

Древняя магия неумолимо вершила своё чёрное дело…

* * *

По коридору, ведущему к залу фехтования, эхом щёлкали удары клинка. Время давно перевалило за полночь, но кому-то явно не спалось. Учителю фехтования не нужно было долго сомневаться, кто в замке столь внезапно заразился бессонницей: в последнее время принц буквально помешался на фехтовании. С самого утра и до поздней ночи, делая лишь короткий перерыв на обед или ужин, их высочество доводили себя до изнеможения бесконечными финтами, фруассе^[33]и уколами. Клинки горели в его руках, ломались и тупились. Оружейный арсенал приходилось обновлять ежедневно, но Ярослав не унимался.

Стараясь не шуметь, наставник приблизился к дверям фехтовальной залы и осторожно заглянул внутрь. Рубашка на принце была мокрой, волосы сбиты, лицо исполосовано следами ярости. Очередной клинок хрустнул о манекен, и в руках королевича остался лишь эфес. Равнодушно взглянув на обрубок, Ярик швырнул его в ведро с другим обломкам, вытащил из крепления новую шпагу, проверил, хорошо ли отцентрована, подкинул, поймал за рукоять и, оставшись довольным, вновь направился к истерзанному манекену, встал в стойку, изготовившись для удара, но был остановлен мудрым советом:

– Пальцы крепко держат оружие, – учитель вошёл в зал и остановился, – …но кисть должна быть лёгкой, как пёрышко, ваше высочество…

– Господин учитель? – принц обернулся на голос и опустил шпагу. – Что вы здесь делаете?

– Размышляю над тем, почему вы не спите вот уже вторую неделю подряд… – наставник пересёк залу и, остановившись перед ведром со сломанными клинками, поинтересовался: – У вас что-то случилось? Может быть, я смогу помочь вам?

Но Ярик отрицательно покачал головой:

– Вряд ли, господин учитель…

– Я видел Иринку и Митю. Их не пускают к вам по той же причине? Что вы натворили?

Поняв, что скрывать что-либо бесполезно, принц опустился на табурет и потупил взор:

– Отец хочет женить меня на померанской принцессе! А друзья – это то, по-видимому, что не вписывается в его планы. Я одного не понимаю: почему взрослым можно делать всё, что вздумается, а нам, детям, – только то, что хочется взрослым?! Где справедливость?! – Нету!