Книга Разрушенные клятвы, страница 216 – Катарина Маура

Она кивает, подтягивает колени к груди.

— Прости, — шепчет она. — Я не хочу быть такой… Просто… Годами я думала, что пропустила знаки. А когда увидела тебя там…

Я отвожу взгляд.

— Понимаю, — тихо говорю я. — Но знаешь, о чем я подумал, когда увидел твой взгляд? Что ты снова найдешь способ заставить меня заплатить за то, чего я не делал. Как и тогда. В голове всплыли все моменты, когда я умолял тебя поверить мне… А ты каждый раз вонзала нож в спину. И это при том, что все, что я когда-либо делал — это любил тебя.

— Зейн… — ее голос ломается.

Я закрываю глаза, выравниваю дыхание, странно опустошенный, хотя в груди ноет тупая боль.

— И что теперь, Селеста? — выдыхаю я. — Я не могу больше так жить. И, черт, больно это признавать, потому что я не хочу, чтобы это было правдой. Но мы с тобой… Честно, Селеста, мы несчастливы.

Она всхлипывает, и я тут же тянусь к ней. Она падает в мои объятия, и я держу ее, чувствуя, как мое собственное сердце ломается вместе с ее.

— Просто стараться не быть несчастными — это не то же самое, что быть счастливыми, — шепчу я, и она кивает, зарываясь в меня, обнимая крепче.

Мы сидим так, не в силах встретиться взглядом.

— Скажи мне, Селеста, ты правда веришь, что мы можем вернуть ту любовь, что была? Когда-то мы были единым фронтом… А теперь? Ты увидела меня с ботаником всего на пять секунд — и уже уверена, что я тебе изменяю. А я сижу здесь и боюсь, что ты найдешь способ отомстить за это.

Она поднимает голову, смотрит мне в глаза.

— Я хочу верить, — шепчет она. — Хочу верить в нас, Зейн.

Я обхватываю ее лицо ладонями, большим пальцем смахиваю слезы, тяжесть давит на грудь.

— Но веришь ли ты на самом деле? — шепчу я. — Ты даже не смогла сдержаться, чтобы спросить, что происходит. Я видел это в твоих глазах, Селеста. Ты осудила меня, даже не дав мне шанса оправдаться. В очередной раз.

— Прости, — всхлипывает она, с трудом сдерживая слезы. — Я просто… Я не думала ясно, Зейн.

У меня на языке вертится ответ, что тогда она тоже не думала ясно. Ноя не говорю этого.

— Я люблю тебя, — вместо этого произношу я. — Люблю, Селеста, но дело никогда не было в любви. Ты не доверяешь мне. А я… как бы ни старался, думаю, что уже никогда не смогу доверять тебе тоже.

Я опускаю лоб на ее, и черт, осознание накрывает меня. Даже когда она в моих объятиях — я скучаю по ней. По той Селесте, что была рядом когда-то. И это убивает меня, потому что мы никогда не сможем вернуть то, что потеряли.

Селеста прижимает ладонь к моей груди, другой рукой скользит за шею.

— Мы просто пытаемся заставить что-то существовать? — шепчет она дрожащим голосом. — Мы цепляемся за то, чего уже нет?

Я отвожу взгляд. Я не могу дать ей ответ, который она ищет.

Селеста зажмуривается, ее длинные ресницы дрожат, когда она снова смотрит на меня — в ее взгляде смирение.

— Все кончено, да?

Сердце болезненно сжимается, когда я заглядываю в глаза своей жене. Я не знаю, что сказать. Даже что думать.

— Я не знаю, — шепчу я. — Я отчаянно хочу попытаться все исправить. Но, может, нам и не стоит. Мы не можем починить насильно то, что сломалось, Селеста, как бы сильно ни хотели.

Глава 90

Селеста

Я тяжело дышу, пока лифт в доме Арчера поднимается на последний этаж. Грудь сдавливает боль утраты. Я опускаю взгляд на чемодан и прикусываю губу, стараясь не разрыдаться. Зейн не сказал это вслух, но я и так знаю — между нами все кончено. На самом деле это закончилось гораздо раньше, чем мы оба были готовы признать.