Книга Временная жена, страница 82 – Катарина Маура

— А как насчет остальных оправданий, которые ты мне приводила?

— Они тоже правдивы, — отвечаю я. — Я действительно хочу жить своей жизнью. Сколько себя помню, я существовала на автопилоте, не чувствуя себя по-настоящему живой. Я боюсь однажды оглянуться назад и понять, что моя жизнь была пустой. Но… я чувствовала это годами, и этого никогда не хватало, чтобы заставить меня уйти.

Лука улыбается, в его глазах играет лукавый огонек.

— Ты когда-нибудь задумывалась, почему поступила так импульсивно, хотя это совершенно на тебя не похоже?

«Это было необоснованно и не отражало того, кто я есть на самом деле.»Именно это сказалаНаталья. Неужели ее слова заставили его переосмыслить мое поведение в то время? Все это время он думал о ней? Я понимаю, что это иррационально, но я не хочу, чтобы она занимала его мысли, даже если это из-за того, что ее слова напомнили ему обо мне.

Сердце начинает биться быстрее, я откашливаюсь и снова смотрю на дом своей бабушки.

— Думаю, лучше будет сказать, что мы встречаемся. Если мы скажем, что поженились так внезапно, нам никто не поверит, — говорю я, стараясь сменить тему.

Лука хмыкает и кивает. Он откинулся на сиденье, положив одну руку на руль.

— Это твоя семья, Валентина. Я сделаю так, как хочешь ты.

Я удивленно смотрю на него.

— Никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким сговорчивым. Столько лет ты портил мне жизнь, а ведь все это время мог быть таким… добрым. Знаешь, мне кажется, ты сильно передо мной виноват.

Он улыбается и тянется ко мне, аккуратно заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.

— Тогда позволь мне загладить свою вину, Валентина. Все это… — он делает жест, обводя себя рукой, — предназначено для моей жены. Для тебя. Так что пользуйся этим, сколько душе угодно. Пока я тебе нужен, я — твой. Я буду обращаться с тобой, как с самым дорогим мне человеком, но есть одно исключение.

Я моргаю, не понимая.

— Какое исключение?

Он ухмыляется, а в глазах появляется темное, хищное выражение.

— Я не могу быть добрым с тобой, когда я тебя трахаю, детка.

Мое сердце колотится в груди, я отвожу взгляд, чувствуя, как пылают щеки.

— Кто сказал, что я вообще когда-нибудь с тобой пересплю? — бросаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Мы стали более раскованно чувствовать себя рядом друг с другом, но каждый раз, когда дома становилось слишком жарко, я отступала, прикрываясь работой. Это всего лишь секс, но я не уверена, что готова к этому. Я и так увязла куда глубже, чем когда-либо хотела. Я боюсь, что если отдам ему свое тело, он поглотит меня целиком.

Лука усмехается и смотрит в окно.

— Забавно, что ты думаешь, будто сможешь сопротивляться мне еще долго. До конца этого вечера ты будешь умолять меня о моем члене, жена, — в его глазах вспыхивает огонь, когда он переводит взгляд на меня. — Закрывая глаза, я слышу, как ты стонешь мое имя, Валентина. Доводить тебя до оргазма — настоящее наслаждение, но этого недостаточно.Мне нужно почувствовать, как твоя киска обхватывает мой член.

Щеки вспыхивают жаром, и он довольно ухмыляется.

— Я никогда не буду тебя ни о чем умолять, — огрызаюсь я, стараясь сохранить остатки достоинства.

Лука хмыкает и тянется ко мне, его палец нежно скользит от переносицы к контуру губ, неспешно обводя их.

— Будешь, — шепчет он, задержавшись на моих губах. — Сначала ты будешь умолять меня снова довести тебя до оргазма, а потом — чтобы я тебя хорошенько трахнул.