Книга До тебя, страница 107 – Катарина Маура

– Я люблю тебя, – шепчу я. – Не знаю, что произошло, Грейсон. Не знаю, что она тебе сказала, но я тебя люблю. Я люблю тебявсем сердцем. Ты не просто мой парень, Грейсон, ты моя семья.

Он с трудом сглатывает и прижимает меня к себе. Я обнимаю его за шею и подпрыгиваю, как делаю это всегда. Он автоматически приподнимает меня, и я обхватываю ногами его талию. Он прерывисто дышит, утыкаясь лицом мне в шею, и я стискиваю его все крепче, проводя кончиками пальцев по волосам. Так мы и стоим, мои ноги у него на талии, его лицо прижимается к моей шее. Я обнимаю его изо всех сил, стараясь дать ему почувствовать, как его любят.

– Ты всегда знаешь, что нужно сказать, – шепчет он, целуя меня в шею. – Я тебя люблю, Ария. Я не заслуживаю тебя, но черт… люблю тебя. Я так тебя люблю.

Я киваю, и глаза наполняются слезами. Не знаю, что происходит, но сердце рвется на части. Грей отодвигается, чтобы посмотреть на меня, и в его глазах такая боль, что у меня сводит живот.

– Что ты видишь, когда смотришь на меня, Ария? Сына насильника? Скажи мне честно, милая. Ты боишься, что я сделаю тебе больно?

– Что? – Я обхватываю ладонями его лицо, заставляя смотреть мне в глаза. – Не смей даже думать о таком, Грейсон. Не смей. Я так тебя не воспринимаю. Я никогда так о тебе не думала и никогда не буду. Ты все тот же мужчина, которого я полюбила. Лучший друг Ноа. Ты человек, который помог мне воплотить мечты, который вдохновлял меня, когда было трудно. Человек, который закрыл множество дел и никогда не ждал благодарности. Вот кто ты, Грейсон. Вот кем ты всегда будешь.

Он смотрит мне в глаза ищущим взглядом. Я вижу недоверие, подозрение и не знаю, как это исправить. Грей глубоко вдыхает и прижимается губами к моей щеке.

– Пойдем, – говорит он, сдаваясь. – Я потный, мне нужно в душ. Пойдем вниз.

Я глубоко вдыхаю, включая душ и чувствуя себя грязным и телом, и душой. Не знаю, сколько я провел здесь времени к тому моменту, когда дверь открылась. Я поворачиваюсь и вижу приближающуюся Арию, обнаженную, в ее глазах – боль. Я это сделал. Я поселил в ней тревогу.

Она забирает у меня электрическую зубную щетку, и я растерянно хлопаю глазами. Я даже не осознавал, что держу ее.

– Грей, я уже три раза слышала, как ты чистишь зубы. Думаю, ты уже закончил.

Она откладывает щетку и, подойдя ближе, кладет руки мне на грудь. Она такая миниатюрная, мне всегда это нравилось, но сегодня скорее пугает. Ей так легко причинить боль. Буду ли я чувствовать такое же извращенное удовлетворение, если сделаю ей больно? В безопасности ли она со мной?

Руки Арии скользят вверх по груди мне на шею.

– Грейсон, – шепчет она, подняв ко мне лицо. Даже на цыпочках она не может меня поцеловать, если я не наклонюсь навстречу. Я смотрю ей в глаза, думая, что она видит. Сколько времени ей понадобится, чтобы понять, что за человек с ней рядом? Сколько времени пройдет до того, как мои прикосновения станут для нее отвратительными?

– Я закончил принимать душ, – говорю я, отстраняясь от нее. Вижу в ее глазах разочарование, и на секунду мне хочется снова к ней. Я хочу обнять ее, но потом вспоминаю об Иде. Даже мысленно я не осмеливаюсь назвать матерью женщину, которая назвала меня чудовищем. После всего, что она из-за меня пережила, я не заслуживаю называть ее матерью. Она была права. Даже до того, как Ария стала моей, я хотел ее. Когда она хотела переехать сюда с Брэдом, я ей помешал. Я это сделал, понимая, что причиню ей боль. Я поступил эгоистично. Это был первый шаг. Какой еще вред я могу причинить ей? Сколько времени пройдет до того, как я ударю ее или что похуже?