Книга Проклятие Теней и Льда, страница 21 – Катарина Маура

Он опускает меня на свою лошадь, и я сразу же зарываюсь рукой в ее темную гриву, боясь, что меня снова поднимут. Я никогда раньше не испытывала ничего подобного. Я потеряла всякий контроль над своим телом и была полностью в его власти, даже больше, чем когда на мне были наручники. Так будет выглядеть остаток моей жизни? Меня будут швырять по его прихоти?

— Ваше Превосходительство, — говорю я дрожащим голосом. — Я вполне способна сама сесть на лошадь.

Он не отвечает мне, садясь на лошадь позади меня. Я пожалела о своих словах, как только они сорвались с моих губ, и считаю себя счастливой, что он их проигнорировал. Те несколько слов, которые я только что произнесла, могут принести мне бесконечные страдания. Я могу страдать так же, как страдал мой отец.

— Феликс, — говорит он наконец. — Ты моя жена, Арабелла. Ты будешь называть меня Феликсом.

Я застываю, когда он обнимает меня, чтобы взять поводья, и оказывается слишком близко, чтобы я чувствовала себя комфортно. Его жена. Это слово и все, что оно означает, пугает меня.

Его грудь касается моей спины, и я изо всех сил пытаюсь отодвинуться, но безрезультатно.

— Твои попытки вырваться бесполезны, — говорит он мне. — Сила нашего движения заставит тебя прижаться ко мне, нравится тебе это или нет. Тебе лучше привыкнуть к этому.

Я решила игнорировать его слова и ухватилась за гриву Сирокко, но в тот момент, когда мы начали галопировать, я прижалась к нему, как он и сказал. Сирокко гораздо быстрее всех лошадей, на которых я когда-либо ездила, и это пугает. К моему удивлению, Феликс обхватил меня одной рукой за талию, надежно удерживая на месте.

— Так безопаснее, Арабелла. Кареты всегда подвержены риску, но пока ты со мной, тебеничего не угрожает.

В его голосе слышится беспокойство, и я хмурюсь. Полагаю, я действительно стала женой самого влиятельного человека в мире. Не сомневаюсь, что у него бесконечное количество врагов. Мне не приходило в голову, что я тоже могу стать мишенью.

— Как далеко? — заставляю себя спросить, едва вынося боль от давления на травмированную спину.

— На Сирокко это займет полдня, если погода позволит, но наша свита не сможет удержать такой темп. Как только мы окажемся на территории Элдирии, мы оставим их позади. Им понадобится полтора дня, чтобы добраться до дворца.

Я киваю и стараюсь расслабиться, чтобы перенести боль, но то, как его тело прижимается к моему, не дает мне этого сделать. Я закрываю глаза и с дрожью вдыхаю воздух, изо всех сил стараясь сосредоточиться на чем-то другом.

Он пугает меня, но не кажется таким чудовищем, каким его все описывают. Мне он кажется нормальным. Я не особо хорошо знакома с анатомией мужчины, но, насколько я могу судить, он не кажется уродливым. Он кажется сильным и широкоплечим. Даже его голос звучит нормально — даже мелодично. Некоторые вещи, которые я читала о нем, определенно правдивы, но некоторые, возможно, нет.

Я любопытно смотрю на него через плечо.

— Почему я не могу видеть тебя нормально? — Я даже не осознаю, что произнесла эти слова, пока они не вылетели из моих уст. Мой желудок сжимается, пока я жду его ответа, и часть меня надеется, что он просто проигнорирует этот вопрос.

— Это заклинание. — Он крепче сжимает меня, и это только усиливает боль в спине. — Почему ты хочешь меня видеть?