Онлайн книга «Рождественская Адская Гончая»
|
Прямо как тогда, когда они все вместе прижимались к Кейну в кузове ее грузовика. Желудок Миган сжался. Нельзя быть несчастной рядом с ездовыми собаками, да? Когда же ты поймешь, насколько ты во всем ошибаешься? Она крепче обняла Паркура, отчаянно пытаясь игнорировать боль в груди. — К твоему сведению, вселяться в чужой дом, даже не спросив разрешения, — это не то, что делают друзья. Это то, что делает странный, навязчивый человек без чувства личных границ. — Хм. Похоже на тебя. — Олли откинулась назад. Она не выглядела счастливой, не совсем, но напряженная настороженность сходила с ее лица. — Просто не позволяй никому другому так делать. Олли прищурилась на нее поверх моря собак. — Я не полная тряпка, Миган. Я бы не позволила тебе захватить мою гостиную, если бы не хотела, чтобы ты была рядом. — О. — Миган даже никогда об этом не задумывалась. Она всегда втискивалась, и в конце концов людям это надоедало настолько, что они ее выталкивали. Они никогда на самом деле не хотели, чтобы она была рядом. — К чему ты все это говоришь? — спросила Олли, прищурившись. — Звучит подозрительно похоже на наставления, которыми мои родители нагрузили меня перед тем, как сплавить меня сюда. Миган положила подбородок на голову Паркура. Она не смотрела на Олли, но ей и не нужно было, она почти физически чувствовала, как взгляд молодой женщины впивается в нее. — Кейн думает, что он монстр. Она поняла, слишком поздно, что уставилась не просто в пространство, она смотрела в сторону долины, которую уже начала думать как долину Кейна. Она моргнула и сосредоточилась на ушах Паркура. — Но мы обе знаем, что это неправда, верно? Миган моргнула. — Что? — Ты сказала, что он оборотень-адская гончая, и парни, укравшие вчера собак, тоже. Онибыли монстрами. Когда они смотрели на меня, казалось, они видят прямо в моих самых ужасных воспоминаниях. Все вещи, в которых я чувствовала себя виноватой. Например, что не сказала Джексону о своихчувствах. — Олли скривилась. — И мы оба знаем, чем этокончилось. Но Кейн другой. — Как ты можешь это знать? — По тому, как он смотрел на тебя. Я не могла определить, какой он оборотень вчера, но я знала, что он должен быть кем-то. В нем чувствовалась какая-то иная сущность. Плюс у него был этот влюбленный, немного одурманенный взгляд. Как будто он готов был сделать для тебя все что угодно. Миган рассмеялась, несмотря на себя. — Когда я впервые увидела его, я сказала ему не убегать, и он будто приклеился к земле. — Вот! Видишь? Всего на мгновение в сердце Миган вспыхнула надежда. Но тут же она встряхнула головой. — Но разве это что-то меняет? Либо он избавится от своей адской гончей, и тогда у него не останется причин общаться со мной. Либо не избавится, и тогда я — всего лишь довесок к тому, что он ненавидит. Олли потянулась и ткнула Миган ногой. — Да ладно. Есть третий вариант. Выкладывай. Миган уставилась на нее, и та закатила глаза. — Ты точнооб этом думаешь! Давай же. Ты говоришь, он думает, что он монстр. Но что думаешь ты? Ты же наверняка видела его адскую гончую, раз она решила, что ты его пара. — Я… — Пылающие глаза. Яркая, заставляющая сердце прыгать радость.— Думаю, да. — И он был монстром? Он заставлял тебя чувствовать, будто твой мозг плавится кислотой, пока не остается только все то, что ты в себе ненавидишь? |