Книга (Не)рождественское Чудо Адской Гончей, страница 47 – Зои Чант

Шина откинулась на спинку стула. Она побледнела под веснушками.

— Так ты пришел сюда, чтобы… чтобы…

Правда. Он простонал и провел пальцами по волосам.

— Чтобы служить своей стае. Я думал, ошибочно, что лучше всего смогу послужить им, приехав сюда и разобравшись с Паркером, но вместо этого я просто дал Паркеру знать, что стая в уязвимом положении. Настолько уязвимом, что я рискнул оставить их, чтобы приехать сюда и что-то с ним сделать.

Что-то. Он должен был перестать ходить вокруг да около.

Вцепись,сказала ему его адская гончая. Прикончи его!

Шина не выглядела спокойной. На самом деле, каждый раз, когда он упоминал динамику стаи или альф, ее выражение становилось все более угрюмым.

— Ну, а он прав насчет того, что твоя стая уязвима?

— Пара Кейна, Миган, беременна. Близнецами. Роды в конце этого месяца. Если бы Паркер и захотел отомстить Кейну за то, что тот отнял у него стаю, это был бы идеальный момент. Все будут отвлечены. — Холодок пополз по его шее. — И если бы не я, он бы об этом и не догадывался.

— Но он все еще не знает, верно? Ты же на самом деле не рассказал ему о детях. Что, кстати, поздравляю. — Она ухмыльнулась, искреннее удовольствие сверкалов ее глазах.

Флинс больше всего на свете хотел ответить ей улыбкой. Вместо этого он покачал головой.

— Паркер — безжалостный бизнесмен. И его бизнес — находить слабые места других людей. Ему не нужно знать, в чем именно уязвимость, достаточно знать, что она есть. Любая слабость — это возможность. — Мышцы его шеи напряглись. — Паркер может говорить, что не заинтересован в своей старой стае, но я-то знаю лучше. И если есть хоть малейший шанс, что Паркер вернет себе контроль над стаей — если он получит хоть какую-то власть над детьми Кейна и Миган, или даже снова над Рисом и Ману…

— Или над тобой. — Выражение лица Шины снова застыло в той неловкой зоне между крайностями. — В этом все дело, да? Паркер был твоим альфой, и все, что ты говорил о том, как он использует силы адской гончей для своих грязных сделок… Что он сделал с тобой? Я… ой.

Она поморщилась. Адская гончая Флинса насторожилась. *Что случилось?* быстро спросил он, и она подняла руки.

— Ничего! Это… ой… просто нога. Ужасно чешется. — Она скривилась. — Прости. Я не хотела перебивать.

— Ты перебила саму себя.

— Ты понял, о чем я. — Она сказала это со слабой полуулыбкой, которая выглядела на ее лице неуместно. Ее глаза блестели. Флинс отвел взгляд.

— Перестань смотреть на меня, будто я какой-то герой.

— Почему? Ты для меня звучишь чертовски героически. — В ее голосе прозвучала острая нота, которая пронзила Флинса до самого нутра. — Не могу представить, чтобы власть Паркера над тобой была сплошным весельем. Но ты все равно приехал сюда, чтобы защитить тех, кто тебе дорог.

— И потерпел неудачу. — Он поработал челюстью, будто правда была чем-то, что он мог физически выплюнуть. Внутри него его адская гончая заскулила. Она не хотела говорить ей правду.

Где твое непомерное чувство справедливости сейчас?с горечью спросил он ее.

Шина все еще смотрела на него. Не настороженно, а пристально. Он не мог встретиться с ее глазами.

— Ты видела, что там произошло. Я… думал, что знаю, что делаю. Думал, что смогу его победить. Мне следовало знать лучше.

— …Что ты пыталсясделать? — Шина снова взяла нож и вилку, и Флинс не мог отделаться от мысли, что она просто пытается вести себя нормально. Как все и делают, сталкиваясь с адскими гончими. Убеждая себя, что если просто продолжать вестисебя, будто все в порядке, то мир станет менее страшным местом. — Вы там в самом деле бились не на шутку. — Ее голос затих, неловко.