Книга Поворот: «Низины» начинаются со смерти, страница 20 – Ким Харрисон

— Ульбрин, — вмешался Макс, его голос стал тоньше, проскользнул лёгкий азиатский акцент. — Я не проделал шесть часов в железной консервной банке ради пустых разговоров. Заставь его сделать это. Я думал, Анклав может заставитьего.

Глаза Кэла сузились. Напротив полковник Вулф откинулся на спинку, переплетя руки на животе, в ожидании. Ульбрин неловко поёрзал.

— Кэл, — начал он, запинаясь. — Мы оформили тебе шестимесячный гостевой пропуск в «Глобал Дженетикс» через Макса. «Саладан Индастриз энд Фармс» приобрели патент на томат доктора Камбри, и как управляющий проектом ты поможешь в передаче. От Рика ты получишь доступ к записям доктора Планка о тактическом вирусе. Полковник время от времени будет на месте как представитель правительства, курирующий военное применение. Ты будешь отчитываться нам обоим.

Шесть месяцев! Я не могу бросить свои исследования на полгода,— мысленно вскрикнул Кэл, глядя, как малый оборотень в безупречной форме кивает, ожидая его согласия.

— Ошибок быть не может, — продолжал Ульбрин. — Баланс между четырьмя расами Внутриземелья держится уже более восьмисот лет, и если этот новый вирус окажется опаснее, чем обещает Камбри, будут проблемы.

Озноб пронзил Кэла, несмотря на жару. Анклав мог отправить кого угодно проверить Триск. Но они отправляли его — чтобы тихо похоронить его собственные проекты с бактериями.

Внутри поднималась паника, но он заставил дыхание оставатьсяровным. Его теория о бактериях, способных безопасно встраивать генетический код в зрелые клетки, теперь имела столько же шансов на развитие, сколько человек — на прогулку по Луне.

Рик откашлялся, возвращая его внимание. Живой вампир смотрел прямо, подняв руку в жесте «Ну?» Полковник Вулф сузил глаза, угрожающе. Кэл едва дышал — жара делала воздух тяжёлым. Если он уйдёт на полгода, его проект умрёт. Никто другой не подхватит его. А вирус Триск, несущий код, станет потенциальной угрозой в каждой детской клетке, пока что-то не пойдёт не так. А что-то всегда шло не так.

— Доктор Каламак, на минутку, — сказал Ульбрин, вставая. Стул с неприятным скрипом отъехал по полу.

Мне стоило работать усерднее,— подумал Кэл, чувствуя, как надежды утекают сквозь пальцы. Стиснув зубы, он поднялся и с резким звуком отодвинул стул, последовал за Ульбрином к перилам, где ревущий прибой скрывал слова. Ветер был свежее, он трепал его короткие волосы и промочил рубашку солёной плёнкой.

— Исследования Триск опасны, — горько сказал Кэл, не заботясь о том, что трое за столом обсуждали перелёт и джетлаг. — Вы ждёте, что я оставлю свою лабораторию ради ведьмы? Чтобы помочь ей?

Ульбрин нахмурился, положил руку ему на плечо и развернул к океану, чтобы по губам никто не мог прочитать.

— Речь не о Триск, а о тактическом вирусе доктора Планка. Мы должны быть уверены, что он сработает так, как задумано, прежде чем другие лаборатории возьмут его за основу. Наших чисел слишком мало, чтобы рисковать внешними конфликтами. Если всё пойдёт не так, мы не переживём ещё одной межрасовой войны.

Они хотят закрыть мою работу,— с яростью подумал Кэл. Триск будет хохотать до упаду.

Лицо Ульбрина потемнело, принимая его реакцию за зависть, а не за боль от потери собственного проекта. Щёки Кэла горели. Когда НАСА отозвало своё предложение, ему пришлось принять второй выбор. Всё ещё во Флориде, но уже с ощущением, что он — испорченный товар. И виновата была Триск. Неудивительно, что он не добился прогресса. Даже коллеги сомневались.