Книга Поворот: «Низины» начинаются со смерти, страница 138 – Ким Харрисон

Квен тяжело опустился на пол камеры, склонив голову.

— Так вот как он распространяется, — прошептал он. — Он воздушный, но переходит не от человека к человеку, а от помидора к помидору.

— Да какие там помидоры, — выдавил Даниэль, мертвенно бледный. — Он переходит от продукта к продукту.

Голова Квена поднялась.

— Значит, я тоже был подвержен заражению.

— Невезуха, дружок, — сказал Галли, потирая красноватое пятно между пальцами; на миг его пальцы затуманились. — Любопытно…

— Не верю, — тихо сказала Триск, не в силах принять, что допустила такую ошибку. — Даже Кэл не был бы настолько идиотом, чтобы изменить видовойбарьер.

Галли моргнул. На три нереальных секунды его лицо стало совершенно пустым, а потом на нём расползлась широкая, злая ухмылка.

— Ах ты маленькая хитрюга, — произнёс он, щёлкнув пальцами; кровь исчезла, и на месте её вновь появилась белая перчатка. — Пожалуй, тебе стоит присесть, Фелиция Элойтриск Камбри. Женщине в твоём положении следует быть особенно осторожной.

— Я сижу, — прошептала она. Господи, помоги ей. Она убила их всех. Никого не останется, кроме разве что пикси и фей.

— Да, точно, сидишь, — кивнул Галли. — Только не кори себя, любовь моя. Такое случается даже с лучшими из нас… хотя ты, конечно, была особенно тупа. — Его смех заставил её вздрогнуть, и она сжалась, будто пытаясь спрятаться в самой себе. — Рад, что ты воспользовалась моим советом, — добавил он лукаво. — Поначалу я думал, тебе будет трудно приписать себе авторство твоего исследования, но ты, моя маленькая шлюшка, сделала за меня всю тяжёлую работу.

— Эй! — резко выкрикнул Даниэль, оскорблённый, и его крик словно пронзил Триск.

Она подняла голову, обхватив себя за талию, будто пытаясь не развалиться на куски.

— Я не брала у тебя никаких советов, — выдохнула она. — Я ни на что не соглашалась. Ты просто начал говорить. — Триск прижала пальцы к вискам. — Не могу поверить, что Кэл нарушил бы видовой барьер, подвергнув нас опасности заражения.

— Но ты не в опасности, любовь моя, — мягко сказал Галли. — Видовой барьер всё ещё цел. Ты больна не потому, что носишь вирус Даниэля. Ты больна, потому что беременна.

Тревожная складка на лбу Триск медленно разгладилась, губы приоткрылись от шока.

— Прошу прощения?

Смех Галли взорвался — долгий, глубокий, гулкий.

— У тебя булочка в духовке, — сказал он, с явным наслаждением наблюдая, как ужас заливает её лицо. — Провалила тест с кроликом. Вступила в клуб «пудинг месяца». Позволь мне первым поздравить тебя и твоего маленького ублюдка.

— Беременна?— воскликнул Квен, уставившись на Даниэля.

— Не смотри на меня, — мрачно сказал тот, а Триск сидела неподвижно, оцепенев от шока. — Это не я таскался за ней последние пару недель.

Триск побелела, когда оба повернули на неё обвиняющие взгляды. Кэл, пронеслось у неё в голове, когда они все разом осознали очевидное.

— Кажется, меня сейчас вырвет, — прошептала она.Боже, она что, забеременела? От Каламака?

Галли всё ещё смеялся, совершенно не заботясь о том, что обжигал себе локти и колени.

— Как?— выдохнула Триск, но, заметив, что он собирается ответить, махнула рукой. — Ладно, знаю как. — Она выдохнула. — Но ведь нам так сложно забеременеть вообще. — Пульс ускорился. — Это жизнеспособный плод? Ты можешь сказать?