Онлайн книга «Аконит»
|
Волосы седые, глазасерые. Так похоже на то, что говорят об Одержимых, о людях, которые заключили сделку с духом, который вселился в тело. Одержимые могли использовать магию духов, но платили за это жизненной энергией, отчего их тело быстрее старело и погибало. Через какое-то время использования силы Одержимые начинали болеть, они бледнели, их волосы седели, а глаза выцветали. Кроме того, духи в теле выдавали себя светом. Перед глазами возникло изображение оленя с иллюстрации в книге сказок. Его глаза горели светом. Как глаза Аконита. Что-то звонко стукнуло, отвлекая Кору от спутанных мыслей. Она подняла голову, оглядывая родителей. Мама уронила ложечку и теперь, напряженно выпрямив спину, ждала, пока подадут новую, притом упрямо глядя на старые часы. Папа же изучал кофе в чашке и неспешно жевал. Не было привычных разговоров, которыми за завтраком обменивалась чета Нортвудов, информируя друг друга о своих планах. – Что? – спросила Кора, сразу же поняв, что причиной затишья стала именно она. Мама и папа переглянулись. Отец кашлянул и скрылся за газетой, предоставляя возможность устроить «серьезный разговор» жене. Та недовольно скривила губы, но обратилась к дочери: – Ты не ешь. И даже не взглянула на пирожное. Кора моргнула, наконец обнаруживая свое любимое пирожное. С чего бы родители вдруг решили побаловать ее сладким за тривиальным завтраком? – Просто задумалась… – О чем? – мама наклонилась вперед. – Да так… А в честь чего пирожное? – Чтобы ты наконец-то поела, – раздался папин голос, заглушаемый шуршанием бумаги. – Кора, – мама обеспокоенно склонила голову, – ты с возвращения в город откровенно ужасно питаешься. – Ты же говорила, что мне нужно меньше есть, чтобы похудеть. – Ты никогда не слушала моих советов, – парировала мама, – с чего бы начала теперь? Я вижу, что-то не так. И что-то не так с тех самых пор как… – фраза ее прервалась. – С тех пор как ты стала свидетельницей преступления, – папины зеленоватые глаза выглянули из-за газеты. «Что ж, пожалуй», – мысленно согласилась Кора. Та ночь стала роковой. Сначала осознание смертности, воспоминания о «проклятом» доме, напряженное ожидание, аконит в подарок, очередные убийства, сирень, Гил… День рождения за городом стал короткой передышкой перед отчаянным временем, где существовал револьверный барабан с одной пулей, где были ядовитыепоцелуи Аконита, который притворялся Джоном, где была убитая надежда о Гилберте… – Все в порядке, – Кора наколола кусочек ветчины и отправила в рот, быстро пережевывая и глотая, пока рвотный позыв не решил почистить пищевод из-за мнимого привкуса мертвечины. – По-твоему, мы с твоим отцом… – Прошу прощения, – прервала Эмма, заглядывая в столовую. – Лорд Нортвуд, разрешите? Это послание для мисс с красной меткой от почты. Метка, как растекшаяся капля крови, действительно алела на конверте. Так маркировали срочные письма, которые требовалось отправить немедленно. – Для Корнелии? – мама выгнула брови. – От кого? – Редакция «Интивэй», – глухо ответила Эмма, тушуясь под тяжелыми взглядами леди и лорда. Внутри Коры все похолодело. Дела и так шли не очень, а теперь еще предстоят объяснения с родителями, отчего это редакция какой-то газетенки шлет ей срочные послания. – Эмма, давай, – Кора поднялась, спешно огибая стол и выхватывая письмо из ее рук, пока до него не добрался кто-то другой. |