Книга Хозяин Зимы, страница 143 – Ирена Мадир

Похоть закручивалась внизу живота. Севара приоткрыла рот, пытаясь выровнять дыхание, но это лишь сделало ее судорожный выдох слышнее, когда широкая ладонь опустилась на ее колено.

– Но пока допей чай. – Лед потянул сорочку, поднимая подол.

Севара вцепилась в чашку, жадно втягивая напиток, словно он мог помочь ей оставаться в себе и не позволять переходить грань, которую ужасно хотелось переступить. Движение пальцев Льда вызывало волны мурашек. Ткань скользила вверх по бедрам, оголяя их.

– Что-то не так, моя госпожа?

Она не ответила. Не прервала его. Не сделала ничего, кроме еще одного глотка чая. Ноты стыда слышались в сознании, но музыка удовольствия заглушала их. Севара отчаянно нуждалась в прикосновениях Льда, даже если вместо жгучей страсти он мог подарить лишь морозную любовь.

По пищеводу разливалось тепло сладкого напитка, а на дне чашки уже ничего не осталось. Едва донышко той опустилось на столик, Лед хищно улыбнулся. Он наклонился, припадая к шее Севары. Изо рта вылетел стон, когда она ощутила прохладные губы на своей коже. Они спускались, а чужая рука тянулась выше, ведя по внутренней стороне бедра.

Это напоминало о вечере Змеиного праздника, когда Неждан не признался в том, кем являлся на самом деле… Однако эта мысль возникла и исчезла, как исчезал пар, вырывающийся из горлышка чайника на столике. Вместо этого приходили образы случившегося позже. После разговоров о маске, но до проклятого слова «стоп», произнесенного устами хозяйки поместья.

– Ты просил меня, – Севара сжала белые волосы на затылке, заставляя Льда оторваться от поцелуев, – просил остановиться тогда, после бала Середины осени… Почему?

– Разве не очевидно, госпожа моя? – Лед придвинулся ближе. Когда он говорил, его губы касались губ Севары,а студеное дыхание скользило по коже. Его рука, ласкавшая бедра, надавила между них, вынуждая еще один стон задрожать в воздухе. – Я понимал, что вот-вот потеряю голову, а ты увидишь мой истинный лик… А еще я понимал, что как только это произойдет, есть вероятность, что я не смогу остановиться. Я упиваюсь твоим теплом, Сева, оно пьянит меня почти так же, как и моя любовь к тебе.

Лед был жадным и требовательным. Он не ждал, не давал даже возможности вздохнуть, а его язык стремительно пробрался в ее рот, исследуя его, вызывая волны возбуждения. Она ответила с той же пылкостью.

Пальцы Льда между ног задвигались, лаская самую чувствительную точку Севары. Каким бы холодным он ни был, ее жара хватало на двоих. Казалось, будто все тело горит, изнемогая от жажды получить большее, почувствовать вспышку наслаждения… Севара оторвалась от поцелуя, постанывая в рот Льда.

Где-то на задворках сознания рождались морализаторские речи воображаемой целомудренной дамы, уговаривавшей опомниться, однако все они таяли. Когда взгляды Льда и Севары встретились, она заметила в его сияющих глазах что-то, что губило весь здравый смысл. В них читалось не только желание, но и нечто одновременно дикое и сакральное, что заставляло сердце биться быстрее, разгоняя разгоряченную кровь. Все это было не просто непристойными игрищами, но чем-то настоящим.

Древнее магии Шарана, может, даже древнее самого этого мира. Лед мог сказать бы сейчас что угодно, и Севара бы безоговорочно ему поверила. Он мог погрузить весь континент в вечную зиму, а она бы не стала ему перечить. Он мог бы пронзить ее кинжалом, а она бы лишь нежно улыбнулась ему.