Книга Космический замуж. Любовь прилагается, страница 31 – Лия Валери

Не было зажатости в плечах, ноющей тяжести в спине от работы за приборами. Была мягкая, разливающаяся по телу истома.

Память вернула кусочки вчерашнего вечера: их сильные руки, вырывающие меня из лабораторного плена, горячую воду, пахнущую хвойной смолой и чем-то цветочным, и… их прикосновения. Исцеляющие. Я зажмурилась, позволяя этому чувству абсолютной и такой настоящей заботы снова накрыть себя с головой. Мои мужья с лицами громил и репутацией, от которой стыла кровь, мыли меня, оттирали с пальцев пятна от реактивов, выбивали из мышц суточное напряжение. И потом просто уложили спать. Обняв. Без попыток продолжить. Потому что видели — я на пределе.

Я повернула голову на подушке. В полумраке комнаты, где сквозь щели в ставнях пробивались лишь золотые пылинки света, я увидела Хоука. Он спал на спине, одна мощная рука закинута за голову, другая лежала на груди. Его лицо в безмятежности сна казалось моложе, проще. Строгие, обычно насмешливо прищуренные глаза были закрыты, губы — чуть разомкнуты. Сильный. Мужественный. Опасный. И вчера — бесконечно нежный.

А то, как он заботливо относится к моей бабушке это было настоящим чудом. Во всяком случае для меня. Я вспомнила, как он нёс её на руках из леса, как уговаривал есть суп, играл с ней в дурацкие игры. Это было за гранью любого моего понимания о них.

И надо было признать уже наконец: я таяла от них. Тёплая, сладкая волна нахлынула из самой глубины, смывая последние островки страха и недоверия. Не думая, повинуясь этому порыву, я приподнялась на локте и наклонилась к нему. Мои губы невесомо коснулись его — лёгкое прикосновение.

Реакция была мгновенной и… впечатляющей. Даже сквозь ткань простыни я почувствовала, как его тело ответило на этот полуосознанный ласковый жест. На глазах его плоть поднималась, наливаясь силой, вырисовывая под покрывалом твёрдый, внушительный контур. Это было так откровенно, так прямо — его желание, вспыхнувшее даже сквозь сон.

Вид возвышающегося бугра пробудил во мне азарт. Тёплый,влажный пульс где-то внизу живота. Инстинктивно повинуясь какому-то глубинному порыву, я протянула руку, скользнула ладонью под простыню и обхватила его. Осторожно сжала, провела большим пальцем по чувствительной головке, уже выступающей из крайней плоти. Горячий, бархатистый, уже полностью твёрдый. Хоук глухо вздохнул во сне и его бёдра чуть дёрнулись навстречу моему прикосновению.

Я действовала, будто была в трансе, ведомая этой новой, щемящей нежностью и внезапно проснувшимся голодом. Наклонилась снова, скользнула губами по его рельефному животу, почувствовала, как напряглись мышцы пресса. Вяла его в рот, обхватив губами твёрдую, солоноватую головку. Его тело вздрогнуло. Моя рука продолжала ритмично двигаться у основания, а язык скользил по нежной плоти, исследуя, лаская.

Глухой, сонный стон вырвался из груди Хоука. Я подняла взгляд и встретилась с его глазами. Они были мутными от сна, но в них мгновенно вспыхнуло осознание, а затем — тёмный, хищный огонь.

— Малышка… — его голос был низким, хриплым от только что прерванного сна. — Вот это сюрприз. С утра решила побаловать меня?

Я не ответила. Слова застряли в горле, вытесненные внезапно нахлынувшим желанием.

Он закрыл глаза, откинул голову на подушку, и его могучая грудь заходила чаще. Хриплые, сдавленные стоны вырывались из его груди, и каждый из них отзывался во мне влажной, сладкой дрожью. Меня это заводило невероятно — эта власть, эта возможность довести такого сильного, такого неукротимого мужчину до потери контроля одним лишь ртом и языком.