Книга Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды, страница 90 – Яра Вереск

Я вообще-то собиралась пойти на следующее утро. Но — не получилось.

Сначала из-за того «гостя». Фарат мрачновато подтвердил, что парня наняли.

— Должен был пугать. Мелькать перед глазами. Намекать на серьезных людей. Но — без членовредительства. Он сказал, вы первая напали.

— Может, и первая. — Я пожала плечами. — но он сам виноват, что сунулся к нам с Сулой. А зачем меня пугать?

Я и так… не самый отважный человек в Академии.

— Вот это мы не выяснили. Он сбежал ночью. Кто знал, что он и вправду спортсмен? Вынес окно и со второго этажа как-то… не взирая, что Сула его хорошо так поцарапала.

— Кстати, Фарат… а вы не замечали, что у нее вроде бы одна задняя лапа немного отзывается. Ну так… как будто вздрагивает.

— Нет. Да не может быть. Дакару, когда он ее притащил, вообще сказали — хорошо если неделю протянет. А она — вон, какая молодец. Еще бы характер попроще…

Выяснив про «запугивание», я набралась решимости и напрямую подошла к Милане. Но та смерила меня высокомерным взглядом, и уточнила:

— Швабрень, ты совсем дура? Сдалась ты мне. И без тебя проблем навалом…

И я была склонна поверить.

Наша красавица ходила, как в воду опущенная.

Почему — удалось выяснить совершенно случайно. Подслушала разговор в раздевалке, после боевки. Милена с кем-то ругалась по магворку. Многое стало понятным.

Оказывается, ее брат был как-то причастен к торговле эмульсиями. Не то, чтоб был пойман на продаже или производстве, но имя фигурировало в неких списках, найденных Дакаром лично во время той самой давней облавы. Родители добились домашнего ареста на время следствия.

Я сразу сообразила, что Вильгельмине досталось именно поэтому. Сестра пошла мстить «предательнице», которой искренне помогли с поступлением, а она всех заложила. Хотя, скорей всего, она и сама никакого отношения к эмульсиям не имеет, и брат — развечто покупал. Побаловаться.

Они слишком аристократы, чтобы влезать в темный бизнес. Это нужно иметь связи как минимум с бутлегерами, тянущими из Оставленного Города мертвую воду. С синдикатом. Иначе бизнес умер бы, не начавшись. С точками сбыта в веселом городе. Да много с кем.

Если только это не старое семейное дело.

Да, многое стало понятно. Но вот — к кому с этим идти? Дакар бы выслушал. А тот следователь? Который приходил расспрашивать про Остошь. Да я даже не знаю, как его найти. Впрочем, знает секретарь. Так что на третий день я заглянула к ректору в кабинет.

Немного непривычно было видеть там за главного не Дакара, а профессора Карта.

А вот он в роль вписался.

Он и так-то выглядел весьма солидно. А тут — стал носить преподавательскую мантию с серебряным кантом. Красивый, но не слишком удобный аксессуар, которым пренебрегал не только Дакар, но и большинство преподавателей.

Он-то мне обрадовался. Поинтересовался успехами. Я даже решилась спросить про Дакара, но и у Карта новостей не было.

И конечно, он попросил секретаря выдать мне нужные контакты.

Она посмотрела на меня с осуждением, но вырвала из блокнота листок, и написала несколько строчек своим аккуратным разборчивым почерком.

Вот так и вышло, что к ветеринару я попала только через несколько дней. Зато убедилась, что мне не мерещится, несколько раз заметив намек на движение мускулов грифона.

Тисса Нилсана содержала небольшой ветеринарный кабинет в респектабельной части города. Когда я записалась на прием, там уже ждала небольшая живая очередь, где рядышком соседствовали птенец феникса с очень грустными мудрыми глазами, степной пегасик, чем-то похожий на морского конька с крылышками магический зверек, обитающий в южных степях, и самые обычные кошечки-собачки. Разумеется, со своими хозяевами.