Книга Психо-Стая, страница 88 – Ленор Роузвуд

— Сурхииранцы.

— Вы о чём? — уточняю, переводя взгляд с одного на другого. — Что такое Сурхиира? — название звучит легко, музыкально, совсем не похоже на грубые, резкие имена, привычные мне.

Тэйн тяжело вздыхает и проводит рукой по своим светлым, заледеневшим волосам:

— Независимая страна на юго-востоке. Никто толком не знает, что там творится. Они нейтральны, но только потому, что полностью изолированы.

— Ага, — встревает Виски. — Но они охуенные. Там все — убийцы. Даже омеги. Даже дети.

— Это не имеет смысла, — рявкает Чума. — Кого они тогда убивают?

Виски пожимает плечами:

— Хрен его знает, наверно, у них вечный батл-рояль.

Я хмурюсь, переваривая новое знание. Другая страна? О которой я даже не слышала? Как такое возможно?

Потом вспоминаю, насколько мал был мой мир всё это время.

Неудивительно, что я знаю так мало.

Я теснее прижимаюсь к тёплому телу Призрака, пока мы следуем по извилистой тропе. Белоснежный поезд не уходит из поля зрения — будто дразнит, обещая укрытие. Зубы выбивают дробь, хотя я стараюсь сдержаться.

Виски снова оступается, на этот раз успевает ухватиться за плечо Валека. Серебряные глаза вспыхивают, и Валек резко отталкивает его.

— Ещё раз коснёшься — отрежу пальцы.

— Иди нахуй, — Виски показывает ему средний палец, покрасневший от холода.

В груди Призрака поднимается низкий рык. Я глажу его руку, чтобы успокоить, прежде чем напряжение сорвётся в драку. Его мышцы вздрагивают под ладонью, но он сдерживается.

Ветер усиливается, ледяные иглы впиваются в любую открытую часть кожи. Я прячу лицо в шею Призрака.

— Слишком долго, — бурчит Тэйн сзади. — Нам нужно найти укрытие.

— Да ну нахер, — пыхтит Виски. — Я уже жопы не чувствую.

Обычно Чума вставил бы что-нибудь язвительное, но на этот раз он молчит. Идёт призрачной тенью, не сводявзгляда с далёкого белого поезда. Что-то в его осанке выбивается из привычного.

Будто… тоска?

Тропа сужается, нас вынуждает идти гуськом. Под ногами шуршат сыпучие камни, исчезают в белой бездне внизу. Один неверный шаг — и мы полетим следом.

Мои заимствованная одежда затвердела от холода и хрустит при каждом движении Призрака. Холод пробрался уже до костей — всё ноет. Даже ресницы обледенели.

Я теряюсь в гипнотическом ритме шагов и паре дыхания, что тает в морозном воздухе. Время перестаёт существовать — его заменяет блекнущий зимний свет.

Когда поднимаю голову вновь, щурясь от белизны, сердце падает куда-то в живот: горный проход впереди завален до самого верха — снегом и обломанными деревьями.

— Да это ж пиздец, — рычит Виски, пнув бесполезно баррикаду. — И что теперь?

Молчание. Неуютное, тяжёлое.

Каждый думает об одном и том же — но боится сказать.

— Мы можем взять поезд, — говорит Чума так тихо, что я едва слышу.

Все уставляются на него.

— Ты издеваешься, — рык Тэйна звучит, как раскат. — Сурхиира терпеть не может собак Совета. На каждом поезде — снайперы лучшие во Внешних Пределах и дальше. Нас заметят — нам конец. А уж если подойдём к ним…

Остальные выглядят не менее ошарашенными. Виски открывает рот — наверняка, чтобы выдать поток вопросов, но Чума обрывает его резким жестом.

— Оставайтесь здесь. Я вернусь, — бросает он. Голос странно напряжён.

И, ничего больше не объясняя, разворачивается и начинает пробираться по глубокому снегу — прямо к сияющему белому поезду.