Книга Психо-Стая, страница 249 – Ленор Роузвуд

Желание услышать эти звуки, заставить его полностью сломаться, заставляет меня удвоить усилия. Я заглатываю его еще глубже, расслабляя горло, чтобы принять его внушительную длину. Когда головка упирается мне в глотку, бедра Валека бешеновскидываются.

Его снайперская винтовка, всё еще висящая на плече, лязгает о каменную стену скалы. Звук кажется оглушительным в относительной тишине, и мы оба замираем.

Долгое мгновение никто из нас не шевелится. Я замерла, чувствуя тяжесть его члена на языке, пока мы прислушиваемся — не обнаружили ли нас. Но ничего. Только свист ветра в камнях и стук моего собственного сердца в ушах.

Я отстраняюсь, позволяя его члену выскользнуть.

— Тссс, — шепчу я, прежде чем лизнуть его по всей длине до самого основания. Он издает сдавленный звук и еще сильнее прикусывает руку.

По его запястью течет кровь.

Этого зрелища достаточно, чтобы я запустила руку под одежду; пальцы мгновенно находят пульсирующий клитор, пока я продолжаю сосать его с новым рвением. Чем быстрее он кончит, тем скорее мы окажемся в безопасности. Опасность — это часть веселья.

Мои пальцы описывают круги, пока я заглатываю Валека глубже, обхватывая губами его ствол. Я уже такая мокрая, смазка покрывает пальцы, которыми я ласкаю себя.

Валек совершает ошибку, взглянув на меня, и его глаза расширяются, зрачки заливают серебро радужек. Осознание того, что я делаю, пока сосу у него, заставляет всё его тело одеревенеть, мышцы мелко дрожат от усилий оставаться на месте.

Я немного отстраняюсь, сосредоточив внимание на головке. Мой язык кружит вокруг пирсинга, прослеживая прохладный металл. В то же время я увеличиваю давление и скорость пальцев на клиторе. Двойное ощущение — это почти чересчур, и мне приходится замедлиться, чтобы не кончить первой.

Валек крепко зажмуривается, на лбу прорезается складка — он пытается не кончить от одного вида того, что я творю. Кадык на его горле дергается, когда он судорожно сглатывает. Момент, когда он начинает окончательно «плыть», становится очевиден сразу.

Рука в моих волосах сжимается. Его бедра начинают двигаться рвано, сбиваясь с ритма. Кровь струйками стекает по его предплечью.

Сдавленный, приглушенный рык, вырывающийся сквозь его окровавленную руку, посылает разряд жара прямо в мой низ. Всё его тело натягивается, как тетива лука. И вот он кончает, изливаясь мне в горло горячими толчками.

Я жадно глотаю, не желая терять ни капли. Я кончаю одновременно с ним, раскаленное удовольствие расходится волнами оттуда, где мои пальцы всё еще ласкаютклитор. Я стону и мурлычу, не выпуская его члена, мои губы прижимаются к краю его набухающего узла, и этот звук резонирует в нас обоих.

Когда спазмы наконец утихают, я медленно отстраняюсь. Ноги Валека подкашиваются, и он сползает по скале, приземляясь бесформенной кучей на каменистую землю. Его грудь тяжело вздымается — он пытается отдышаться. Кровь теперь покрывает всё его предплечье, ярко-алая на фоне кожи.

Я, не раздумывая, забираюсь к нему на колени, прижимаясь к его груди. Его руки автоматически обхватывают меня. Долгое время мы просто сидим так, оба слегка дрожа после случившегося.

— Ты в порядке? — спрашиваю я наконец охрипшим голосом.

Валек издает прерывистый смешок.

— Думаю, это я должен спрашивать тебя об этом, маленькая омега.