Книга Психо-Стая, страница 186 – Ленор Роузвуд

Всё это занимает меньше тридцати секунд.

Тела усеивают пол вокруг нас, кровь медленно растекается по мрамору темными лужами, которые в фиолетовом свету кажутся черными. Слышны лишь наше тяжелое дыхание и приглушенные вопли беты, тщетно пытающегося освободиться от пут. Кажется, он даже не прерывался, чтобы вдохнуть.

Омега всё еще жмется в углу, дрожа и сжимая свою металлическую пилку для ногтей, как кинжал. Несмотря на явный ужас, в её глазах горит огонь.

Я смотрю на Монти, который продолжает вопить в гранатный кляп, его глаза за маской свиньи полны дикого ужаса. Всё тело беты сотрясает дрожь, веревки скрипят о вычурное кресло.

— Ты знаешь, кто мы такие? — вкрадчиво спрашивает Чума, и в его голосе звучит та клиническая отстраненность, котораявсегда делает его в разы опаснее.

Когда Монти продолжает просто орать, Валек выступает вперед и вырывает гранат из его рта с такой силой, что вместе с ним вылетает зуб, со звоном падая на мрамор. Кровь и фруктовый сок смешиваются на подбородке Монти, пока он жадно ловит ртом воздух.

— Пожалуйста, — скулит он, переводя взгляд с одной нашей маски на другую, его распухшие губы трясутся. — Я дам вам всё, что захотите. Деньги, информацию, власть…

— Тебе задали вопрос, — рявкает Тэйн, и его глубокий голос эхом отдается от стен.

В глазах Монти вспыхивает узнавание.

— Вы… вы — «Призраки», — выдавливает он, задыхаясь.

— Очень хорошо, — мурлычет Валек, отшвыривая окровавленный гранат в сторону. — А теперь: кто отдал приказ на ликвидацию?

Монти тяжело сглатывает, его кадык судорожно дергается.

— Разве это не очевидно? — С его губ срывается горький смешок. — Генерал Харгроув.

Эти слова бьют наотмашь. Я вижу, как Тэйн и Призрак каменеют, хоть и пытаются это скрыть. Мое сердце болит за них обоих. Мы подозревали это, конечно, но получить подтверждение… Мне хочется поддержать их, но сейчас на это нет времени.

— Почему? — требует ответа Тэйн, его голос звучит под подчеркнутым контролем.

— Вас взяли в плен, — быстро говорит Монти, слова так и сыплются из него. — А когда лаборатория взлетела на воздух — что, конечно же, не было случайностью, — и вы не вышли на связь немедленно, он решил, что вы переметнулись. Но… — он замолкает, облизывая окровавленные губы.

— Но что? — тихо спрашивает Чума. Тихая угроза в его голосе пробирает до костей.

— Это всё равно был лишь вопрос времени, — бормочет Монти, сжимаясь и едва выдавливая слова.

— Что ты имеешь в виду? — рычит Тэйн, делая угрожающий шаг вперед.

Монти открывает и закрывает рот, но слова не выходят. Он косится на дверь, явно прикидывая шансы на побег.

— Неправильный ответ, — огрызается Виски.

Его тяжелый ботинок врезается в ножку кресла, щепя дерево. Вся конструкция рушится, и Монти валится на пол. Веревки соскальзывают, но вместо того чтобы бежать, он просто сворачивается в дрожащий клубок.

— Пожалуйста, — снова скулит он. — Я всё вам расскажу. Только не…

— Тогда начинай говорить, — обрывает его Тэйн.

Я перевожу взгляд на омегу в углу. Она перестала паниковать и наблюдаетза всем острыми фиалковыми глазами. Пока её бета жалко корчится и хнычет на полу, её нос слегка морщится в… чем? В стыде? В брезгливости?

Монти продолжает елозить по полу, его маска свиньи перекосилась.

— Омега должна была вас сломать, — хрипит он. — Вас уже признали балластом, который изжил свою полезность. Вы все — как пороховые бочки. Один неверный шаг, и вы бы разорвали друг друга в клочья. На это мы и рассчитывали.