Книга Психо-Стая, страница 15 – Ленор Роузвуд

Я осматриваю разгром.

Два пути разрушения уходят от клетки. Один — в сторону, похожую на лабораторию. Другой…

Рёв сотрясает стены.

Не Призрака.

Глубже. Пустотелее.

Он катится по тёмному коридору, усиленный подземными туннелями.

— Что это, блядь, было? — хватка Виски на Валеке сжимается.

— Ничего хорошего, — бормочет Чума.

Я делаю шаг в сторону звука.

Коридор впереди почти не освещён. Аварийные лампы заливают всё кроваво-красными тенями. Вода стоит лужами, отражая мигающий свет, как зеркало ада.

Ещё один рёв.

Ближе.

Сам воздух дрожит от его силы.

А потом — тяжёлый металлический лязг.

Цепи, волочащиеся по бетону и металлу.

Из темноты выходит фигура.

Восемь… может, десять футов мышц и рубцованной плоти. Железная маскас сияющими голубыми глазами. Механическая рука, оканчивающаяся когтями длиной с фут. Из спины торчат металлические стержни, как копья. На широкой груди краской выведен номер: 3686.

Монстр из камеры напротив Айви.

И теперь, когда он на свободе, он выглядит куда более взбешённым.

Он замирает в конце коридора, глядя на нас. В холодном воздухе от его тела поднимается пар. С когтей капает кровь — каждая капля отзывается эхом в внезапной тишине.

— Идеи? — цедит Виски.

Монстр делает шаг вперёд — грохочущий, как удар грома. Механическая рука жужжит и щёлкает. Сияющие глаза не отрываются от нас.

Потом он запрокидывает голову и ревёт снова.

Звук бьёт, как физический удар, отбрасывая нас на шаг назад. Вода расходится рябью. С потолка сыплется пыль.

Я сжимаю новую винтовку крепче, глядя смерти в лицо.

— Дерёмся до последнего.

Глава 4

ВИСКИ

Рёв монстра, блядь, выбивает мне зубы из дёсен. Бессознательное тело Валека тяжёлым грузом висит на плече, пока я оцениваю масштаб того, с чем нам предстоит столкнуться.

Футов десять сплошных шрамов, мышц и сырой силы, увенчанных железной маской — такой, какую мог бы носить проклятый рыцарь из кошмара. Белые волосы неровными прядями падают на широкие плечи, обрамляя безликую металлическую плиту с сияющими голубыми прорезями для глаз. Правая рука — чёрное железо и безумно изогнутые когти.

Его, наверное.

Не «оно».

Как бы ни выглядело это существо, оно явно мужского пола. Его огромный торс перекатывается жгутами мышц под кожей, похожей на карту пыток. Хирургические шрамы пересекают пресс и грудь точными, выверенными линиями, другие отметины — либо самоповреждения, либо следы боёв. Y-образный шрам рассекает грудь от ключицы до пояса рваных серых штанов — будто какой-то больной ублюдок делал вскрытие, пока он был ещё жив.

От этих кусков дерьма чего угодно можно ожидать.

Он как Призрак, выкрученный на максимум. Кошмарная версия моего собрата по стае — вся человечность выдрана и заменена холодным железом и бесконечной яростью.

Копья, торчащие из его спины, скребут по стенам, когда он делает очередной грохочущий шаг в тяжёлых железно-кожаных сапогах с ремнями до колен. Механическая рука жужжит и щёлкает, стальные когти сгибаются. Каждый длиннее моего предплечья и достаточно острый, чтобы резать кость, как масло.

— Ебать меня вбок, — бормочу я, перехватывая мёртвый вес Валека на плече. Сложно держать боевую стойку, когда этот мудак висит на мне, как кровавый плащ. — У кого-нибудь есть план, который не заканчивается тем, что нас превращают в конфетти?

Голова монстра резко поворачивается на звук моего голоса. Голубые прорези глаз вспыхивают ярче, и в его груди нарастает рычание, от которого вибрирует всё вокруг. Вода у наших ног расходится концентрическими кругами.