Книга Психо-Стая, страница 105 – Ленор Роузвуд

Мне требуется несколько секунд, чтобы понять: весь город встроен в отвесную скалу, что вздымается прямо у кромки озера. Поэтому тут всё и белое. На не менее безупречном берегу заметны пышные сады, взрывающиеся красками незнакомых мне цветов. Контраст ярких лепестков и белого камня — завораживающий.

— Охренеть… — выдыхает Виски рядом.

Я молча киваю. Не могу отвести взгляд от сверкающего белого города, раскинувшегося перед нами в резком контрасте с жестоким миром, который мы оставили позади. Эти тонкие шпили и изящные арки выглядят так, будто их вытащили из сказки, а не из той суровой реальности, к которой я успела привыкнуть.

Это красиво. Слишком красиво.

Пальцы крепче сжимают мягкую ткань моего заимствованного халата, пока в животе оседает знакомое, неприятное чувство. Ничто настолько идеальное не бывает бесплатным.Я усвоила этот урок — снова и снова.

Дверь купе раздвигается с мягким шипением, и я оборачиваюсь — дверной проём почти полностью заполняет массивная фигура Призрака. Белоснежный шарф скрывает изуродованную нижнюю часть его лица; голубые глаза вспыхивают теплом, когда наши взгляды встречаются — несмотря на напряжение вокруг. Он движется с той текучей, хищной грацией, которая неизменно поражает меня, учитывая его размеры.

— Чума…? — начинаю я, не договорив.

Отвечать не нужно. Чума входит следом, на секунду задерживаясь — он не может встретиться со мной взглядом.

Он выглядит… потерянным.

Сломанным так, как я ещё никогда его не видела.

Сердце болезненно сжимается от вида альфы — моегоальфы — в таком явном эмоциональном разладе, даже несмотря на то, как громко в голове начинают звенетьтревожные колокольчики.

Что, чёрт возьми, происходит?

Я следую за ним через вагон — настолько близко, что чувствую исходящее от него тепло. Долгое время мы молчим. Я смотрю на его отражение в стекле, пока он вглядывается в белый город: сжатая челюсть, тени под глазами.

— Красиво, — тихо произношу я.

Губы Чумы изгибаются в горькой усмешке:

— Да.

Я хочу спросить, что он имеет в виду. Хочу потребовать объяснений — что здесь на самом деле творится. Но потерянность в его взгляде останавливает. Какие бы секреты он ни хранил, какой бы груз ни нес… по той напряжённости, что исходит от него волнами, я понимаю — он не готов говорить.

Пока нет.

Вместо этого я нерешительно протягиваю руку и беру его ладонь. Его кожа прохладная и сухая, он вздрагивает от прикосновения. На мгновение мне кажется, что он отдёрнет руку.

Но его пальцы сжимаются вокруг моих — мягко.

Я поднимаю взгляд — и замираю. В его глазах — не льдинки, к которым я привыкла. Они тёплые. Грустные, но тёплые.

— Айви… — выдыхает он хрипло, словно слова ранят его изнутри. — Я…

Он обрывается, не в силах подобрать фразы. Я сжимаю его руку чуть крепче, отдавая столько поддержки, сколько могу.

— Всё нормально, — говорю, хотя не уверена в этом ни на грамм. — Что бы ни происходило, с чем бы ты ни боролся… мы рядом. Я рядом.

Глаза Чумы едва заметно расширяются. Надежда?

Но прежде чем он успевает ответить, голос Тэйна разрезает воздух:

— Нам нужно готовиться. — Голос жесткий, короткий, почти чужой. — Они скоро придут за нами.

— Надеюсь, не за нашими головами, — фыркает Виски.

Реальность врезается обратно, и Чума отпускает мою руку. Он отступает на шаг — знакомая маска холодной отстранённости снова падает на его лицо, когда он сверлит Виски взглядом.