Онлайн книга «Червонец»
|
Ясна положила книгу на колени, открыла ее, но не продолжила чтение сразу. Краем глаза она наблюдала за ним. Свет от огня золотил его светлые волосы, ложился на резкие черты лица, на тонкие шрамы, что проступали на коже, словно следы рек на картах. Мирон был поглощен чтением, его лоб слегка нахмурился, а в уголках губ притаилась тень сосредоточенности. Но и он сам то и дело кидал в ее сторону едва заметный, легкий, как прикосновение пера, взгляд. И каждый раз, будучи пойманым, тут же делал вид, что на самом-то деле погружен в книгу. Внутри с таким жарким смущением разливалось тепло и глубокое, трепетное чувство. Оно подступало к горлу, заставляло сердце сжаться и выдать такую дробь, какой не слыхивал даже самый опытный концертмейстер. Вот так. Здесь, дома. И в эту самую секунду, ровно в то мгновение, когда самая щемящая душу мысль пронеслась в голове, а руки потянулись перевернуть страницу, в зал бесшумно вошел помощник Мирона. – Господин, – его шепот был подобен лезвию, разрезающему плотную ткань покоя. – К вам с визитом… гостья. Мирон замер, лишь тень скользнула по его лицу, на мгновение погасив сосредоточенный огонь в глазах. Треск поленьев внезапно стал оглушительно громким. Секунда. Всего одна секунда понадобилась, чтобы воздух в зале застыл, став невыносимо густым и тяжёлым, как бываетперед летней грозой. С ледяной, почти церемонной медлительностью он закрыл книгу. Щелчок переплета звонко раздался по залу. Мирон поднялся с таким выверенным спокойствием, что Ясне стало не по себе. – Не уходи, – тихо бросил он Ясне, не глядя на нее, и вышел из зала. Его шаги ровно и четко отдавались в коридоре. Она, не понимая до конца зачем, молча поднялась и тихонько пошла следом, нервно сжимая в руках недочитанную книгу. Холодок пробежал по спине, вишневый платок захотелось со всей силы обтянуть вокруг плеч туже, чтобы сдержать ту нарастающую дрожь, которой она заражалась от своего взволнованного друга. Мирон уже стоял у парадной двери, ждал, сцепив руки за спиной. Со стороны – безупречно спокойный, статный. Но Ясна, стоя позади, видела, как были напряжены его плечи, как добела сцеплены меж собой его пальцы. Щелчок задвижки, наконец, прозвучал. В распахнутой двери, в обрамлении серого осеннего света, стояла женщина. Она была облачена в лиловое шерстяное платье, столь богатое и сложное, что казалось не одеждой, а архитектурным сооружением, не менее величественным, чем храм или княжеский замок. Горностай на рукавах, тяжелое жемчужное ожерелье, золотая вышивка, повторяющая завитки увядших виноградных лоз. Но всё это великолепие лишь подчеркивало тлен внутри гостьи. Ее лицо ощущалось маской, отражающей пустоту. Кожа – прозрачно-бледная, почти сизая, под глазами – мрачные тени. Ее пальцы, унизанные перстнями, теребили пришитые бусины платья, и Ясна заметила, как они беспрестанно дрожат, словно от внутреннего озноба. Рыжие волосы, уложенные в сложную прическу из множества тонких кос, казались слишком бесполезной, небрежной частью ее жизни. Ясна наконец вспомнила это лицо, но только юным и по-лисьи дерзким, из видений дистиллята. Сейчас же перед ней стояла угасшая карикатура, на которой угадывались лишь черты былого благородства и очарования. Женщина медленно провела по коридору взглядом, холодным и оценивающим, скользнула по Ясне и намертво остановилась на Мироне. |