Книга Красавица, страница 78 – Валерия Аристова

Ролан резко поднял голову. Он удивленно смотрел на кардинала, а потом вдруг заулыбался. От мысли, что кардинал пощадил его, и что Испания и все ее прелести не станут для него снова реальностью, он готов был пасть к его ногам и возносить хвалу с утра до ночи. Но он просто заулыбался и склонился в поклоне.

— Я готов служить вам, Ваше Преосвященство.

Мазарини тоже усмехнулся. Мальчишка отлично его понял. Хорошо,когда имеются люди, которым не надо все объяснять дважды.

— Я назначаю вас адмиралом флота Его Величества в Новом Свете. Надеюсь, что через полгода я получу голову разбойника де Мера или..., — он испытующе посмотрел на Ролана, брови которого непроизвольно полезли на лоб, — или узнаю от вас, что проклятый пират пошел ко дну. Таким образом вы заслужите славу, а я наконец-то смогу продолжить переговоры с испанской короной.

Ролан снова поклонился, пытаясь осознать то, на что только что согласился. Стать адмиралом флота в двадцать лет — это нечто совершенно невероятное. Он непременно оправдает доверие кардинала, и тогда тот не постоит за наградой...

— А за наградой я не постою, — сказал Мазарини. Он не собирался выпускать мальчишку в таком радостном расположении духа, — когда вы вернетесь, я устрою вашу свадьбу со своей племянницей. Оливия давно положила на вас глаз, и, думается, она очень хорошо подходит вам и по рангу, и по темпераменту. О помолвке я готов объявить еще до вашего отъезда.

Ловушка захлопнулась. Ролан сжал губы. Он не имел права сказать ни слова против. Этот человек имел над ним неограниченную власть. Он мог и отправить его в Испанию, и сгноить в Бастилии, предьявив обвинение в пиратстве. Сделка, предложенная Мазарини, устраивала Ролана во всем, кроме женитьбы. В голове у него проскользнуло несколько вариантов поимки де Мера, и настроение резко улучшилось. Когда он вернется, утопив де Мера где-нибудь в бухте Тортю, предъявить ему будет уже нечего. Никаких доказательств, кроме догадок, у кардинала нет. Тогда он сможет с более сильной позиции обсудить свою помолвку с Оливией Манчини.

— Это слишком большая честь для меня, Ваше Преосвященство, — Ролан склонил голову, но кардинал успел заметить, как загорелись его глаза, — я не знаю, как вас благодарить за нее. Но умоляю отложить помолвку. Ведь если со мной что-либо случится за морем, мадемуазель Оливия вынуждена будет носить годовой траур, а это может плохо повлиять на ее возможность удачно выйти замуж.

Мазарини склонил голову на бок, размышляя, стоит ли ослабить хватку. Мальчишка ему нравился, и он был бы совсем не против женить его на своей строптивой племяннице. Возможно, когда мальчишка вернется с Карибских островов, потребуется сделать небольшую рокировку, и вместо старшей сестры подсунутьему младшую.

— Хорошо, дорогой мой граф, — кивнул он, — я признаю правильность ваших аргументов. Идите с Богом, и готовьтесь к отъезду. Сегодня я подпишу ваше назначение, а через два месяца вы должны быть на месте.

Его снова пощадили. Ролан сжал в пальцах эфес шпаги. Аудиенция была окончена, и он, с трудом волоча ноги, чудом добрался до своей комнаты. Ему повезло, было раннее утро, и все обитатели Лувра отсыпались после бессонных ночей. Он шел пустыми коридорами, понимая, что находится в полной власти этого человека, который сначала издевался над ним, запретив думать о Диане дАжени, потом угрозами заставил отправиться в Новый Свет охотиться на самого себя, а в качестве приза навязал в жены Оливию Манчини, что означало бы не просто свадьбу, а полное поражение. Оливия — это слава, почет, деньги и отличное положение при дворе. Он упал в кресло у окна и сжал голову руками. Диана будет всегда рядом с ним. Он сможет видеть ее ежедневно, но никогда не посмеет даже коснуться ее. Потому что на малое он не согласен, и никогда не согласится стать ее любовником.