Книга Красавица, страница 205 – Валерия Аристова

Диана была сдержанна и слишком спокойна. Она все больше молчала, лицо ее было сосредоточено, и она старалась на Ролана не смотреть, даже если он обращался конкретно к ней. Задумчивая и тихая, она не участвовала в общей беседе, хотя при необходимости отвечала впопад.

— Я очень счастлива, что вернулась сюда, — наконец сказала она, когда губернатор встал из за стола и проводил дам в парк, — наверное, мне не надо было уезжать.

Зажгли фонарики, и Ролан мог смотреть на блики света, которые отражались на лице его Дианы. Его раздражали люди, которые мешали остаться с ней наедине. Но Диана не желала уходить от своих подруг, а ее желания были для него законом. Позже он вынужден был покинуть ее, но счастье переполняло его сердце даже теперь, когда он просто смотрел на дом, где она спит.

Он понимал, что победил в противостоянии с де Савуаром. Диана бежала не столько на Карибы, она бежала к нему. Де Савуар остался в прошлом, не сумев сберечь ту, которую Ролан так великодушно оставил ему, и Ролана не интересовало, жив он или мертв. Диана теперь принадлежала ему, только ему.

Если бы Диане предложили выбрать в своей жизни момент, в котором она захотела бы остаться навсегда, она, несомненно, выбрала бы свое пребывание на Мартинике. Несмотря на то, что все три сестры де Трейи охладели к ней с первого же дня, как она явилась на их прием под руку с Роланом де Сен-Клер, Диана была безумно счастлива. Каждое утро Ролан присылал за ней слуг, потом они встречались где-нибудь в условленном месте и ехали вдоль берега или в глубь острова, чтобы насладиться видом с какой-нибудь скалы, или посмотреть на водопад, срывающийся вниз россыпью радужных брызг.

Диане нравился этот Ролан, сдержанный и счастливый. Она никогда не знала его таким. Она помнила злого и надменного Ролана из Испании, помнила рыцаря из Воронова гнезда, помнила насмешливого и уверенного в себе придворного из Парижа. Теперь же перед ней был совершенно иной человек, глаза которого сияли, когда он смотрел на нее, который улыбался ей так, что сердце ухало куда-то вниз. Он готов был снять для нее луну с неба и любой ее каприз выполнялся по мановению его руки.

Диана тоже смотрела на него так, что внутри у него все замирало от радости. Диана выбрала его. И он не мог упустить свой шанс. Никто, даже Луи, не сможет заставить его отказаться от его принцессы.

Яркий солнечный день клонился к вечеру, когда Диана и Ролан оказались совершенно одни в тени высоких пальм парка губернатора. Девицы де Трейи ушли в дом, а они долго бродили по тенистым аллеям, говоря о чем-то отстраненном, но каждый думал о своем.

— Мы должны пожениться, — вдруг сказал он, и Диана замерла от неожиданности, — так больше не может продолжаться, — Ролан взял ее руку и немного сжал, боясь спугнуть ее своей прямотой.

— Но мы не можем пожениться, Луи никогда не разрешит тебе этого! — прошептала Диана, отнимая руку.

Он отвернулся, отошел подальше, чувствуя, как в груди зарождается злость. Он на секунду закрыл глаза, стараясь успокоиться.

— Я не буду никого спрашивать, — сказал он, обернувшись к ней, — они могут убить меня, но я буду знать, что вы принадлежите мне.

Диана некоторое время молчала. Сердце ее билось так, что она боялась задохнуться. Она приехала не для того, чтобы выйти за него замуж. Она... она поняла, чтосама не знала, для чего бежала к нему, на что надеялась, и о чем мечтала... Быть с ним — вот предел ее надежд. Быть с ним, слышать его признания в любви, но не брак. Брак — это политика, а политика убивает любовь. Она ждала признаний. А он... а он заговорил о политике...