Книга Красавица, страница 184 – Валерия Аристова

— Савуар на самом деле меня любит, — сказала она, когда они забрели достаточно глубоко в сад, чтобы можно было сесть на скамейку не ожидая, что ее жених нагрянет с минуты на минуту, — по крайней мере его ревность — это проявление любви. И я вижу в его глазах любовь. Настоящую любовь. Он же жить не может без меня и дня.

— Он прекрасножил без тебя все то время, пока ты отсутствовала, — ответила Луиза, — Ну да, плакался, что покончит самоубийством или уйдет в монастырь. Доставал короля и Месье своим нытьем. Подбирал себе монастырь построже. Но я тебе скажу, что человек, желающий от тоски уйти в монастырь, не будет долго думать и ныть. Он возьмет и уйдет. Я бы так сделала. А тот, кто ноет, тот вряд ли решится на этот шаг. Да и вряд ли рассматривает его в серьез.

— Ты просто не любишь его, Луиза, поэтому так говоришь.

— Я имею право не любить человека, который делает несчастной мою подругу.

— Но он не делает меня несчастной!

— А почему же ты сейчас прячешься в парке, когда все танцуют и веселятся?

— Я просто хочу избежать сцены!

— Ну да, ты просто счастлива видеть своего жениха, который ни грамма не доверяет тебе! Да, он хвостом ходит за тобой, а когда видит тебя с другим впадает в ярость. Но он не пытается убить того, кто похитил тебя у него, даже на десять минут, он срывается на тебе!

— Прекрати, Луиза!

— Ну так это же правда!

Диана встала. Грудь ее вздымалась от возмущения:

— Ты что, хочешь убедить меня, что де Савуар не любит меня? Зато Ролан де Сен-Клер любит, хотя все его слова говорят об обратном? Он позволяет себе безумные вещи, он обижает меня, он никогда не говорил мне о любви! В то время, как Савуар постоянно говорит о любви, он носит меня на руках и защищает от других, как может!

— Хотя единственный человек, от которого тебя нужно защищать — это он сам! — почти крикнула Луиза, — и когда Сен-Клер пытался это сделать, ты по всякому оскорбляла его!

— Потому что это не его дело! Я выйду замуж за Анри, он меня любит и я вижу эту любовь! Я вижу, что нужна ему! Сен-Клер же постоянно занят другими женщинами! Ему нет до меня дела! — Диана говорила тихо, но по лицу ее потекли слезы, — и не надо давать мне надежду! Этот человек не для меня. И я не для него. Даже если бы он тоже меня полюбил, я бы не вышла за него замуж. Хотя он и говорил мне, что любовь преодолевает преграды! В моем случае преграда — это он сам. Его поведение, его душа. Я не могу выйти замуж за злого и беспринципного человека! И я не должна его любить.

Диана все же разрыдалась, и Луиза пожалела ее. Она обняла подругу, и попыталась утешить.

— Возможно, все не так плохо. Хочешь, я спрошу его, любит ли он тебя. Какон вообще к тебе относится. Хочешь?

Диана замотала головой:

— Нет! Я и так прекрасно все знаю. Ролан де Сен-Клер хорош только тем, что воспринимает меня, как человека, а не как хрустальную статуэтку. И больше я не буду о нем думать. Хватит.

В парке было тихо, и только издалека слышалась музыка. Диана и Луиза пошли по дорожке, стараясь углубиться еще дальше в парк. А потом вдруг вдали появились два силуэта. Девушки бросились в темноту куста сирени и затаились под ним, не желая быть узнанными.

Возможно есть какая-то тайная связь между людьми. Диана подумала об этом, узнав силуэты тех, кто шел по дорожке настолько далеко от праздника, насколько это было возможно.