Книга Клер, страница 67 – Валерия Аристова

— Ну а дальнейшее было делом техники, — Элла смотрела на Патова с торжеством, — я встретилась с Эрнестом Михайловичем, и попросила его помощи. Да, я многое рассказала ему. И мы вместе придумали план. Поскольку ты, Клер, почти каждый день ночью шла на квартиру к моему возлюбленному супругу, то не было никаких сложностей ни проследить за тобой, ни подкупить слугу майора. И вот, мы тут. Я рада, что все закончилось. И что Андрей Сергеевич назвал меня своей женой.

Андрей Сергеевич все так же смотрел в окно, было даже не ясно, слушал ли он Эллу...

Пораженная этой историей Клер молчала. Она никак не могла осознать, что ею так грубо манипулировали, и что все, что ей довелось пережить, было просто плодом ее воображения.

— Ты сомневаешься? — Элла посмотрела на нее, — тогда вспомни, в чем был Пашенька на могиле, а потом в квартире.

Клер молчала.

— Он был в той одежде, в которой ты его помнила, — ответила за нее Элла, — Андрей вызывал образ из твоего мозга, и ты сама достраивала то, чего он не знал. Пашенька мертв, Клер. А вот мошенник жив. И даже очень неплохо женился.

Тут Патов обернулся к молодой жене.

— Ты еще большая мошенница, чем я, — сказал он хрипло.

Элла рассмеялась.

— Да, этого не отнять. Поэтому у нас с тобой большое будущее.

Клер медленно шла по ночному городу. Моросил дождь, весь вчерашний красивый снег превратился в хлипкую грязь, но Клер не замечала ее.

— Завтра я уеду в Тверь, — сказала она сопровождавшему ее Эрнесту, — я отправляюсь к маменьке с папенькой, собираю вещи и уезжаю в поместье. Больше мне тут делать нечего. Думаю, что после скандала они разрешат мне жить в том доме, где я прожила столько лет. Я поклянусь, что никогда не буду выезжать.

Эрнест молча смотрел на ее четкий профиль. Он все еще не мог успокоиться. Он знал, куда ночами ходит Клер, он сам следил за ней, но одно дело знать, а совсем другое — видеть все своими глазами. И картина Клер, с ее длинными черными волосами, разметавшимися по белым простыням, спящей в объятьях Патова, будет преследовать его в ночных кошмарах. Он с трудом сдерживал ревность, и даже сейчас злился на нее, хотя головой понимал, что она ни в чем не виновата. Элла подробно рассказала ему, как действует гипноз. Он верил ей. Но все это не отменяло того, что Клер спала в постели с Патовым, и что любила его, даже если это было внушено ей мошенническим образом.

Элла, видя его состояние, предложила ему свои услуги.

— Я могу сделать так, чтобы вы забыли эту сцену, — сказала она, отведя его в сторону, — я вижу, что вам плохо. Поверьте, я вас очень даже понимаю. И могу помочь.

Он отказался, и сейчас жалел об этом. Клер шла рядом, и он должен был поддержать ее, понимая, что именно она пострадала больше всех. Но вместо этого ему хотелось язвить и оскорблять ее, говорить вещи, которые он никогда не говорил ни одной женщине, даже Марике.

— Эрнест Михайлович, — Клер вдруг остановилась и посмотрела ему прямо в глаза, — я все понимаю. Я вижу, что вам не хочется идти рядом со мной. Позвольте мне поблагодарить вас за все..., — она сглотнула, но не опустила блестящих глаз, — вы сделали для меня больше, чем кто-либо в жизни. Я сегодня могу переночевать в монастыре. Отец Сильвестр мне не откажет. Прошу вас, уходите.

Ему до боли хотелось поцеловать ее. Поцеловать ее губы, которые были крепко сжаты, заставить ее трепетать в его объятьях, забывая Патова... Целовать, а потом ударить. Он не знал, сможет ли сдержаться, не пойдет ли на самом деле на насилие, если окажется с ней наедине.