Книга Другие правила, страница 35 – Валерия Аристова

Глубоко вздохнув, Валери склонилась над Люсьеном, аккуратно разрезая бинты. Раненый был в глубоком забытьи. Доктор, седой старик, стоял у нее за спиной и постоянно покашливал. В углу комнаты столпились все остальные — мадам де Лесси, которая на самом деле все время плакала, и слезы беззвучно текли по ее щекам, Катрин, Сюзанна, Мари и дон Хуан.

То, что она увидела, было хуже ее самых плохих прогнозов. Рана воспалилась и загноилась. Валери пинцетом пошевелила ее рваный край, соскребая гной. Поморщилась. Доктор явно не был профессионалом.

— Где же ты, Сафи, — пробормотала она по-мадьярски, — что же мне делать?

Хуан подошел и встал рядом.

— Все очень плохо, — сказала Валери по-испански, — надо чистить рану, надо много мази из мха. И микстуру из него же. И еще много-много настоя чистотела.

Она взяла из рук лакея большую черную шкатулку и раскрыла ее. Внутри оказалось множество всяких флакончиков, наполненных жидкостями и баночекс мазями и пилюлями.

Пока Валери возилась с раной, Сюзанна подошла к ней и встала рядом с доном Хуаном.

— Дон Хуан, — проговорила она, отводя глаза от раны, — нам нечего тут делать, прошу вас пройти со мной в гостиную и выпить по бокалу вина.

— Хуан, ты можешь понадобиться мне, — бросила Валери, — не уходи.

И тут же ощутила страшную волну ненависти. Она даже оторвалась от раненого и подняла голову. Посмотрела на хорошенькую девушку, стоявшую рядом. Огромные голубые глаза ее пылали гневом. Валери нахмурилась, взглянула на Катрин и прикусила губу, боясь рассмеяться. Вот оно что. Мадемуазель Сюзанна посягает на Хуана. Бедный ее брат, он пал жертвой ревности своей сестры.

Вечером этого же дня Валери получила письмо. Посыльный, прибывший издалека, весь в грязи и пыли, протянул ей розовый конвертик, получил плату и скрылся в ночи. А Валери побледнела так, будто увидела призрак. Она смотрела на письмо, и не могла произнести ни слова. Жак, наблюдавший всю эту сцену, заглянул ей через плечо, но не увидел ничего, что могло бы помочь ему в разгадке тайны письма. Там стояло только имя Валери, написанное размашистым мужским почерком.

Заметив его движение, девушка сунула письмо в карман и обернулась к кузену:

— Это от Филиппа, — сказала она, силясь улыбнуться.

Жак кивнул и пошел к себе. Там он некоторое время ходил из угла в угол, потом спустился в библиотеку и стал рыться в ящике с письмами и документами. И нашел то, что искал. Нашел письмо Филиппа де Флуа, написанное его отцу пару недель назад. Догадка его подтвердилась. Филипп писал мелкими аккуратными буквами с небольшим наклоном. Письмо, полученное Валери, было не от Филиппа.

Вечером Валери и дон Хуан куда-то исчезли. Их не было за ужином, их не было и позже, когда Катрин и Жак отправились каждый к себе. Жак сильно подозревал, что исчезновение этой парочки было связано с таинственным письмом. Он долго не мог заснуть, а потом спустился в сад, и пол ночи гулял по аллеям, гадая, приехала его кузина или нет. И уже под утро услышал голоса. Вернее нет, не голоса. Он услышал, как кто-то плачет.

Плакала женщина. Жак пошел на звук, и вдруг резко остановился и метнулся за куст. На скамейке в беседке сидели двое. По силуэту в первых лучах солнца он узнал свою кузину, которая закрыла лицо руками и рыдала в полном отчаянии. Светлые волосы, распущенные по плечам и еще волнистые от завивки, падали ей на лицо. Рядом сидел дон Хуан, который молча обнимал ее за плечи.