Книга Гордячка, страница 97 – Валерия Аристова

Вечером, после небольшого приема, данного для соседей, сэр Джон поднял леди Ванессу на руки, хотя рисковал еще не до конца зажившей раной, и понес по лестнице в спальню, где положил на кровать и долго смотрел ей в глаза. Лицо его стало серьезным.

— Не бойся, — прошептал он, целуя ее руку, а потом склонился к губам и долго дразнил ее, наслаждаясь поцелуем, от которого у обоих закружилась голова, — на этот раз я покажу тебе совсем другую сторону любви...

Ванессе хотелось отползти, но она еще утром в церкви обещала доверять сэру Джону, подчиняться ему и что-то еще, что тут же выветрилось у нее из головы, и все это до гробовой доски. Возможно, рождение наследников тоже входило в ее обязательства. Пытаясь вспомнить брачную клятву, она наконец-то расслабилась и позволила ему научить ее тому, чего она еще не знала. Он был очень нежен и терпелив, и его руки, когда-то причинявшие боль, теперь дарили ей наслаждение. Так и должно быть, решила она, потому что, однажды простив, она не имеет права думать о нем плохо. Она не имеет права бояться его, раз сама согласилась стать его женой. Она и не боялась.

Сначала он просто лежал рядом, и они были совершенно обнажены. Он прижал ее к себе, шепча на ухо слова любви, и она чувствовала, как он весь дрожит от напряжения. Потом его рука очень нежно и аккуратно провела по ее плечу, спустиласьна грудь, и накрыла холмик груди, снова не причинив никакой боли. Несси, которая все еще не могла перестать бояться, задохнулась, но не стала отталкивать его. Джон закрыл глаза, отпуская ее и откатываясь на другую часть кровати.

— Несси, — он тяжело дышал и уткнулся лицом в подушку, — поверь мне, я не насильник. Если ты не хочешь, скажи “нет”.

Несси некоторое время лежала, глядя на него. Ей нравилось лежать близко-близко, и нравилось, что его рука дрожит, когда он ласкает ее. Сжав зубы, она пододвинулась к нему и обняла за плечи.

— Было бы неправильно испортить первую брачную ночь старыми обидами, — сказала она.

— Ты боишься? — он обжег ее взглядом.

— Нет.

Рука ее легла ему на грудь, и она провела ею вниз, к животу, чувствуя, как он выгибается ей на встречу. Дыхание его участилось, и он снова посмотрел на нее, с трудом сдерживая стон.

— Несси, если ты хочешь уйти, то сейчас самое время. Потом я уже не смогу остановиться...

— Но я твоя жена и я хочу стать ею не только перед Богом. Я..., — она обняла его, — я уверена, что все будет хорошо.

Он потянулся к ней, ища ее губы:

— Это будет прекрасно, — прошептал он, на секунду прерывая поцелуй, и рукой раздвигая ее судорожно сжатые ноги, — доверься мне. Ты доверила мне свою жизнь перед алтарем, и должна поверить сейчас...

И это оказалось действительно прекрасно. Они долго любили друг друга, и Несси пыталась стать частью его, соединиться в единое целое, навсегда слиться, и никогда больше не отпускать его. А потом они лежали, сжимая друг друга в объятьях, и шептали всякую любовную чушь, смеялись и ссорились, а потом опять смеялись. И это чувство единения было намного важнее того, что совсем недавно произошло между ними, когда слились воедино их тела. Теперь воедино слились и их души.

— Ты сказала, что тебе все равно, убивал я или не убивал лорда Лайнела, — вдруг проговорил Джон, когда Ванесса уже засыпала в его объятьях.