Книга Дочь тьмы, страница 53 – Валерия Аристова

…

Магдалена оклемалась достаточно быстро. Какое-то время она сидела в замке рядом с колыбелью ребенка, но потом стала вдруг уходить. Габриель знал, что уходит она не для того, чтобы волком рыскать по-ночам в лесах и полях, тем более, она всегда возвращалась с закатом. Запрет старца действовал и после рождения ребенка, и Габриель не мог не радоваться этому.

Постепенно жена его становилась более похожей на обычную женщину. Да, она приносила из леса какие-то травы, местные шарахались от нее, если они приезжали в город, но постепенно Магдалена угасала. Та яркая искра, что жила в ней, теплилась все меньше, и даже Люсиль не радовала ее. Иногда он видел, как Магдалена перелистывает свою черную книгу, видимо, ища какие-то ответы на неведомые ему вопросы, но каждый раз она отбрасывала книгу и брала на руки Минерву, словно ища утешения в её черной шерсти. Ребёнком она интересовалась все меньше, становилась холоднее к дочери, редко приходила к ней, как будто боялась привязаться или не хотела признавать малышку. Если сначала няни звали ее, если что-то происходило, то теперь они бежали к Габриелю, который готов был помочь в любой час дня и ночи. Он же смеялся, смотря на первые шаги Люсиль, которая рослатак быстро, что он не успевал привыкнуть к её навыкам, он вёл её за руку, когда она, гордая своими умениями, вышагивала по комнате, смешно поднимая ножки.

Магдалена уходила к себе. Она будто ждала чего-то, но Габриель не мог понять, чего. Зиму сменила весна, потом пришло лето, и вот уже скоро год, как они сбежали из замка Мон-Меркури. Габриель радовался, что никто не преследует их. Однажды, он сказал об этом Магдалене.

Магдалена усмехнулась.

— Зачем кому-то нас преследовать? Зло здесь. Мы никуда не денемся от него.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился он, вдруг испугавшись, потому что Магдалена говорила совершенно серьезно.

— Я постараюсь сделать так, чтобы ты не пострадал и был свободен после моего ухода, — проговорила она, помолчав.

— Магдалена! — он схватил её за плечи и встряхнул, — что ты говоришь? Магдалена!

— Я не хочу говорить больше, — она убрала его руки и высвободилась, отступив на шаг, — я зря это сказала. Но я хочу, чтобы ты знал. Ты не виновен ни в чем. Тебя использовали, ничего тебе не говоря. И только моя вина в том, что происходит и произойдет. Оставь меня моей судьбе.

Габриель смотрел на нее, на её побледневшее лицо и уставшие глаза. Магдалена была молода и светилась красотой, но глаза её стали глазами древней старухи. Темные, они будто манили за собой в бездну.

— Я сказал старцу, что беру ответственность на себя, — ответил он, — так что вся вина на мне. Ты всего лишь женщина, ты не можешь отвечать за свои грехи. Это мои грехи.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, — мотнула она головой, — и хорошо.

— Я узнаю, — сказал он зло, — хочешь ты того или нет.

И он ушел, хлопнув дверью. Зло из замка Мон-Меркури последовало за ним. Он не смог избавиться от него. Вот что хотел сказать ему старец! Магдалена проклята… Нет. Отравлена злом. Но он сумеет зло преодолеть. Он защитит ее. И вернёт себе прежнюю Магдалену. Не эту, похожую на живую куклу, с потухшим взглядом старухи, а ту, что встретил полтора года назад. Живую и настоящую!

Он знал, что делать этого нельзя. Нельзя осквернять замок. Пускать зло в свое жилище. Но любопытство и страх двигали им сильнее, чем было чувство самосохранения.