Книга Зелье для упрямого дракона, страница 79 – Елизавета Крестьева

А он по возвращению, наоборот, ушёл в себя, стал ещё более угрюм и замкнут, почти не разговаривал со мной. Я не знаю, что этому способствовало, но подозревала, что дело в уязвлённой гордости, на которую, кроме меня, хорошенько наступил ещё и его побратим, похвалами и восхищением в мой адрес. Слишком уж гордые существа эти ящеры…

Мы вывалились из портала перед Лериным домом уже под утро, когда ясный месяц в россыпи остывших звёзд почти скрылся за лесистой горой по ту сторону озера. Мы так устали и измотались, что ко мне опять начал возвращаться кашель, а домик Леры успел подостыть. Пока Лера, отчаянно зевая, пыталась растопить печь, вернулся на машине Вельгорн и отправил нас спать, предварительно напоив наспех подогретым чаем из своего термоса. Мы благодарно упали на застеленную широкую кровать и уснули, не раздеваясь, прямо под драконьими шубами из драгоценного переливающегося меха.

Утром, я кое-как, сдерживая стоны, выползла из дома по нужде, и меня ошеломило разгорающееся пламя рассвета, превратившего озеро в расплав золота в роскошной раме из кутающихся в туманные покрывала гор. Я стояла, открыв рот, совершенно обо всём позабыв — таким живым и восхитительно добрым и прекраснымпоказался мне земной мир после Дова-Норра… А когда Лера проснулась, решительно напросилась погостить у неё ещё денёк, чему она была только рада.

Когда я выдала Алёнке краткий обзор наших приключений, пришлось отодвинуть от уха телефон, потому что он реально раскалился от её негодования. Ещё бы — несносная начальница отжигает в двух мирах сразу с двумя драконами и новой знакомой, а верная помощница сидит, наглухо приколоченная к аптеке!..

Это было действительно несправедливо до ужаса, тем более, я бы охотно поменялась местами — я ужасно соскучилась по ней, по Смайлу, по дому и по аптеке. Но нужно было хоть немного восстановить силы перед обратной дальней дорогой и налюбоваться алтайскими красотами, которые, может быть, и не доведётся потом увидеть.

Пришлось клятвенно пообещать, что по приезду мы втроём соберёмся и назначим конкретную дату, когда отправимся в Дова-Норр. Я опасливо покосилась в проём двери, за которой суетились на кухне Лера и помогавший ей Вельгорн, отдавая себе отчёт в том, что он всё прекрасно слышит, но тот только кинул на меня кислый взгляд. Ну и ладненько, значит, претензий потом не будет.

Восхитительные сырники с брусничным джемом и деревенской сметаной, крепкий чай с лимоном, неизменный алтайский мёд с местной пасеки заметно приподняли всем настроение, и после завтрака, набив рюкзак продуктами, мы отправились по тропе вдоль озера на место для пикников, которое хорошо знала Лера.

Погода баловала — небо полнилось той глубокой гжельской синью, что случается лишь на стыке тепла с холодом, когда приближающаяся зима бросает в небо льдинки, и оно будто начинает позванивать, как стеклянное. Озеро охотно всасывало и усиливало эту синь, превращая её в редкой чистоты сапфир и преломляя на солнце золотыми сполохами, напоминавшими глаза дракона. Он шёл позади нас, не вступая в нашу с Лерой болтовню, где мы старались прояснить степень нашего родства. Окончательно запутавшись в прабабушках, одна из которых у Леры действительно жила в Тверской области, а потом ещё по столыпинской реформе перебралась в Сибирь со всем скарбом, мы поняли, что без архивов и специальных исследований не обойтись и отложили это на потом.