Книга Зелье для упрямого дракона, страница 33 – Елизавета Крестьева

— Яратш… Я освобождаю тебя от любых обязательств, и ты можешь действовать так, как считаешь нужным. Это приказ, — торопливо пробормотала я, вспомнив, как дорого мне это обошлось в предыдущем случае. Но Ярташ, к счастью, не пил моё зелье и целоваться не кинулся. — Я хочу просто быть тебе другом, Изумрудный, и помогать просто по зову сердца. Договорились?.. А теперь беги.

— Ты удивительная женщина, Хранительница Ева, — Ярташ поклонился мне. — Благодарю тебя и судьбу, что позволила нам встретиться! Береги его, — он мягко коснулся плеча Вельгорна. — Он наш предводитель и самый мудрый среди нас. И прямой потомок Дракона Драконов Норрина. Без него наш мир обречён… Как и без тебя.

Он ещё раз глубоко поклонился и исчез за дверью. Простучали по ламинату тяжёлые шаги, рокотнул вэн за воротами, захрустел гравийподъездной дорожки.

А я ведь так и не спросила, где находится этот растреклятый портал…

Ну ничего, один дракон у меня ещё остался, вот только в чувство бы его поскорее привести…

Я провела по щеке спящего Вельгорна, с удовлетворением отметив, что кожа потихоньку обретает здоровый розовый оттенок, а дыхание стало более ровным и глубоким.

И тут до ушей донеслось царапанье и поскуливание.

Кряхтя, я сползла с дракона и кровати, открыла дверь, и в спальню тут же влетел Смайл, которого пришлось оставить снаружи, когда Ярташ принёс Вельгорна — не до него было. Пёс натурально плакал и принялся нежно вылизывать бледную руку дракона. Я вздохнула и похлопала по кровати, пёс мигом взмыл и устроился в его ногах.

Я противница балованного зверья, не подумайте. Псы должны спать на специально отведённых лежанках и не должны клянчить вкусняшки со стола, это железно. Но…

Всегда в жизни есть какие-нибудь «но», согласны?

Вот, например, когда я с трудом выползала из пасти проклятой ковидлы, мой ретривер точно так же почти месяц спал у меня в ногах, и порой мне кажется, только благодаря ему я тогда выкарабкалась из тисков болезни и депрессии… Но как только окончательно оклемалась и начала кое-как жить, в только отошедшую от карантинов столицу засобирался муж, без обиняков заявив, что наши жизненные пути расходятся по причине «несовпадения вибраций и тонких энергетических структур, и поэтому, Дуся, зачем мучить друг друга, правда?..».

Да-да, именно такая формулировка была предъявлена слегка прибалдевшей мне, хотя на суде всё упростилось до «несходства жизненных позиций и угасших чувств». Помнится, судья тогда посмотрела на него с явным сочувствием, а меня жёг невыносимый стыд.

Ну да, мне до Сашкиного обаяния далеко… Его почему-то всегда жалеют, а на меня косятся.

И в результате Смайл снова надолго прописался в моих ногах.

Иногда мне кажется, Бог послал мне Смайла как собачьего ангела-хранителя, потому что на всём белом свете сложно было бы отыскать более преданное, ласковое и доброе существо, чем мой пёс. И хотя бы за него стоило благодарить Сашку — это он потратил кучу денег, на «незакрытый в детстве гештальт» в виде золотистого ретривера из диснеевского фильма «Дорога домой».

Гештальт закрылся, Сашка исчез из моей жизни, а Смайл, видимо, полностьюсовпал с моими тонкими энергетическими структурами, и жили мы с ним душа в душу… пока не появился человек-дракон.

— Вот и грей его, — буркнула я. — Сейчас вернусь.