Книга РОС: Забытый род, страница 25 – Гарри Фокс

Ко мне что, особое отношение?— горела мысль, пока я наблюдал, прислонившись к холодной стене. — Или Тотем решил, что одного "поглощения" мне хватит на сегодня? Или… он просто поиграл и отстал?

Фантомная боль в груди и бедре пульсировала, напоминая о "несварении", которым я пригрозил древней твари.

Испытание дыханием завершилось. Все шестеро выжили. Виолетта повернулась к нам, руки на бедрах, поза — победительницы, наблюдающей за живучими тараканами.

— Ну что ж! — ее голос громко прозвучал на опустевшей площади. — Видимо, вы и правда… достойные личности. Раз пережили дыхание Аспида второй раз. — Ее взгляд скользнул по нам, задержавшись на мне на долю секунды дольше. В глазах — не тепло, а скорее… удовлетворение фермера, чья скотина не сдохла в загоне. — Но это только начало дня. Сейчас вас отправят на завтрак. А после… — она сделала паузу, и в ее голосе появились ледяные нотки, — …начнется дообеденное испытание. Опасное. Готовьтесь.

Что может быть опаснее самого Аспида?— пронеслось у меня в голове, но я промолчал. Риторический вопрос в этом аду.

Стражницы (не Виолетта, она осталась у Тотемного Змея, что-то шепча с другими офицерами) повели нас обратно в трактир-гроб. В главном зале на столе уже дымились миски. "Завтрак". Похлебка. Серо-коричневая, мутная жижа с плавающими неопознаваемыми кусочками. Пахло… влажным зерном и старой тряпкой. Хлеб — черствые сухари.

Мы сели. Тишину нарушил только хлюпающий звук поедания Григорием. Марк ковырялся в похлебке карандашом, бормоча: "Питательная ценность сомнительна… вероятно, грибы Изнанки… нейтрализующие базовые токсины среды…". Степан крестился над миской, прежде чем робко хлебнуть. Артём ел, глотая слезы. Клим молча поглощал свою порцию,его темные глаза были пусты.

— Ну… — хрипло начал Григорий, вытирая рот тыльной стороной руки. — "Опасное" после завтрака. Веселенький денек. Думаете, в этот раз реально поляжем? Или опять дышать будем?

— Маловероятно повторение стимула! — оживился Марк. — Тотему нужны разнообразные данные! Вероятно, тест на физическую выносливость! Или ловкость! Возможно, с элементами ядовитых препятствий!

— Господи, помилуй… — прошептал Степан.

— Может, к змеям в яму бросят? — мрачно предположил Артём. — Чтоб посмотреть, кто дольше продержится без укуса…

— Или заставят друг друга убивать, — тихо, но отчетливо произнес Клим, не поднимая глаз от миски. Его слова повисли в воздухе, холодные и тяжелые.

Я молчал, ковыряя сухарь в похлебке. Мои мысли были далеко — у Тотемного Аспида, у его рубиновых глаз, у вопроса, был ли тот лес реальностью или галлюцинацией. И у Виолетты. У ее шепота: "Ты у папы попросил моей руки?"Абсурд.

— Лекс? — толкнул меня Григорий локтем. — Ты как, выжил после своего долгого стояния? Чего молчишь? Страшит "опасное"?

Я взглянул на него своими новыми, зелеными глазами.

— Всех нас что-то страшит, Григорий, — буркнул я. — Кого смерть, кого — что смерть не придет вовремя. Есть будем.

В этот момент дверь трактира открылась. Вошла одна из стражниц — не старшая, а та самая, кареглазая, что подмигивала в первый день и была среди тех, кто вел нас с площади. Ее взгляд сразу нашел меня.

— Ты! — она указала пальцем. — Собирайся. Старшая требует тебя в казарме. Касаемо… следующего испытания. Инструкции даст. Личные. — Она ухмыльнулась, и в ухмылке было что-то хищное и обещающее.