Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 3 – Гарри Фокс

Я свистнул про себя. Ну и ладно, что я «отброс». За такого отброса бы и не такие красотки замуж шли.

Рядом со мной выстроились дворецкий — старый, с лицом, словно высеченным из гранита, — и Ирис, которая смотрела на леди Элиану с каким-то странным выражением: то ли зависть, то ли… уважение?

— Смотри, моя идёт, — шепнул я дворецкому.

Тот слегка покашлял, будто подавился слюной, но промолчал.

Один из рыцарей шагнул вперед и громогласно объявил:

— Леди Элиана фон Штормгард, наследница древнего рода Штормгардов, победительница турнира в Ландерфельде, обладательница титула «Лучший клинок Северных земель», удостоенная личной благодарности Его Величества за…

Я перестал слушать где-то после пятого титула.

Мои же помощники стояли, как истуканы. Дворецкий молчал. Ирис молчала. Видимо, представлять меня никто не собирался.

— Добро пожаловать, — сказал я, беря руку Элианы и целуя ее с преувеличенной галантностью.

В ее глазах мелькнуло омерзение. Но голос остался ледяным и вежливым:

— Рада встрече, Ваша светлость.

Я ухмыльнулся.

— Давай прогуляемся, обсудим наше… светлое будущее.

Она чуть замерла, но отказаться не могла — приличия не позволяли.

— Конечно.

Мы сделали несколько шагов в сторону сада, как вдруг Ирис громко (явно нарочно) пробормотала:

— Навозный жук и прекрасная пташка… Какая трогательная пара.

Леди Элиана слегка напряглась. Я рассмеялся.

— Ну что, пташка, — сказал я, — давай обсудим, как тебе жить с навозным жуком.

Она стиснула зубы.

Мы шли по аллее, усыпанной лепестками каких-то невиданных цветов. Элиана держалась на расстоянии вытянутой шпаги, ее профиль был холоден и непроницаем.

— Прекрасный сад, Ваша светлость, — произнесла она чисто формально, глядя куда-то вдаль, мимо фонтанов и стриженых кустов-драконов. — Удивлена, что Вы находите время для его содержания, учитывая… Ваши известные увлечения.

Ага, «увлечения». Значит, бабник и мот. Ловлю инфу на лету.

— О, сады — это лишь фон для главного украшения, — парировал я, стараясь звучать галантно и слегка нарочито. — Как, например, сегодня. Но признаюсь, леди Элиана, меня больше волнуют не цветы, а… грозовые тучи на горизонте. Доносятся слухи о неспокойствии на границах. Особенно на Ваших, если не ошибаюсь?

Она резко повернула голову, впервые по-настоящему глядя на меня. В голубых глазах мелькнуло удивление, быстро сменяемое подозрением.

— Вы интересуетесь политикой, Ваша светлость? Неожиданно. — Голос ее был гладким, но с колким подтекстом. — Да. Мои земли… страдают. Королевство Аскарон перешло Рубикон. Идут бои.

— А мои-то земли, как слышал, тихи да спокойны? — нарочито невинно поинтересовался я, делая вид, что поправляю дурацкий кружевной манжет. Воспоминание всплыло само: отец — старый лис, женатый на тетке короля Аскарона. Мать умерла при моих родах. Отсюда и «нейтралитет». Пока шел с ней, воспоминания прошлого владельца начали появляться в голове.

Элиана сжала губы. Видимо, мысль о том, что ее народ гибнет, а я наслаждаюсь миром благодаря родственным связям, была ей особенно горька.

— Ваш регион, Ваша светлость, благодаря… особым обстоятельствам… избавлен от тягот войны, — произнесла она с ледяной вежливостью. — В то время как Штормгард… принимает первый удар. Наши ресурсы истощены, армия тает. Надеюсь, Вы понимаете, почему этот союз… необходим.