Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 258 – Гарри Фокс

Я почувствовал, как её тело на мгновение напряглось. Но доверие и привычка подчиняться взяли верх. Она коротко мурлыкнула — знак согласия.

— Но пальцем её не тронешь, — добавил я строго. — Ни единымпальцем. Мне нужна информация, а не новая вендетта между вами.

— Как скажешь, мой господин, — её голос был сладок. Она мягко высвободилась из моих объятий и с невинным видом направилась к Ирис. Я видел, как она что-то сказала ей, кивнув в сторону выхода из зала. Ирис настороженно кивнула, и две женщины скрылись за дверью.

Я лишь успел сесть на своё место и сделать один глоток прохладного вина, как к моему боку тут же прилипла Оксана. Её рука легла мне на бедро, опасно близко к паху, а пальцы принялись рисовать на ткани соблазнительные узоры.

— Думаю, господин, я заслужила чуток ласки за своё примерное поведение? — прошептала она, дыша мне в шею. — Я же сегодня такая паинька… почти.

— Да, — сухо согласился я. — Но вечером.

— Я сильно хочу кушать… — её голос стал жалобным и томным, она прильнула ко мне всем телом. — Совсем обессилела… Ты совсем обо мне не заботишься, господин… Умоляю…

Я тяжело вздохнул, отставляя бокал. Слишком много всего происходило сегодня, чтобы ещё и бороться с голодным суккубом.

— Ладно, — буркнул я, вставая. — Пошли. Но только быстро.

— Я всё сделаю сама, — пропела Оксана сладким, обещающим голоском, её пальцы уже вцепились в мою руку, чтобы тащить меня к заветной двери.

Мы вышли через тот же потайной вход за троном, где только что решались судьбы королевств. Марицель, заметив наше движение, лишь бросила на нас томный, полный скрытого смысла взгляд и одобрительно кивнула, её улыбка растянулась до ушей. Она явно представляла себе нечто весьма специфическое.

Дверь захлопнулась, отгородив нас от гула пира. Мы оказались в том же мрачном, торжественном коридоре. И прежде чем я успел что-либо сказать, Оксана с силой прижала меня к холодной каменной стене. Её движения были стремительными и опытными.

— Не время для нежностей, господин, — прошептала она, и в её голосе не было привычной игривости, только голодная, животная целеустремленность.

Её пальцы ловко расстегнули пряжку на моих штанах, а затем стянули их вместе с трусами до колен. Холодный воздух коридора обжег кожу, но тут же её руки, тёплые и цепкие, обхватили мой член. Она прижалась к нему лицом, как к долгожданной добыче, и глубоко, с наслаждением вдохнула его запах.

— Ммм… наконец-то, — выдохнула она, и её дыхание было горячим на моей коже.

Затемеё губы коснулись головки — сначала просто нежный, почти робкий поцелуй. Потом ещё один, чуть ниже. Её язык, плоский и шершавый, лизнул основание, заставив меня вздрогнуть. Она опускалась ниже, осыпая поцелуями и лёгкими покусываниями мою мошонку, лаская яички то губами, то кончиком языка. В её движениях была не просто страсть, а нечто сметающее все границы, первобытное и всепоглощающее. Она словно замирала на мгновение, вдыхая мой запах, а затем снова принималась за ласки, с тихими, жадными всхлипами.

Мои пальцы автоматически вплелись в её волосы, лаская её голову и проводя по нежным, удивительно тёплым ушным раковинам. Оксана ответила на это тихим, довольным стоном, и её рот принялся за работу с новой, отчаянной энергией.

Она взяла мой член в рот, поглощая его то почти целиком, заставляя головку коснуться задней стенки горла, то отстраняясь, чтобы шумно, с придыханием вдохнуть воздух, её губы оставались плотно сомкнутыми вокруг ствола. И тут я почувствовал нечто новое. Её язык… изменился. Он стал не просто умелым — он стал магическим. Его текстура стала иной, будто покрытой крошечными, вибрирующими ворсинками, которые создавали невероятное, пульсирующее ощущение. Он обвивался вокруг меня, словно живой, независимый орган, совершая волнообразные движения, которые вышибали разум. Кончик её языка выписывал немыслимые фигуры прямо на самом чувствительном месте, заставляя моё тело напрягаться и прогибаться.