Книга Проводник. Когда мертвые молчат, страница 86 – Екатерина Леснова

Сказать, что я удивился — это ничего не сказать!

— Что им от тебя надо? — с каким-то подозрением спросила Рейза, у Лиа этот же вопрос светился в глазах.

— Понятия не имею. Вы только что озвучили мои собственные мысли. Вроде бы мы с этим Освальдом Тарвисом уже знакомились на одной из светских вечеринок несколько лет назад. Фактически виделись всего пару раз. Так что не стоит смотреть на меня с подозрением, я не знаю.

Ферт о чем-то тихо заговорила со старшим боевиков, слышно не было, а потом сбросила вызов и снова повернулась к нам.

— Значит план действия такой: ты пойдешь туда, но прежде мы еще кое-что узнаем. Я уже отправила людей за этим руководителем их группы поддержки. Надо было раньше его вызвать и обстоятельно расспросить. Да вот не хотелось трогать имперского ставленника.

«У него есть покровители в канцелярии императора?» — Лиа старалась держать визор так, чтобы всем было видно.

— Есть или нет, но его работа официально зарегистрирована в научном совете. Его группу проверили, и она действует в рамках закона, даже имеет благотворителей из высшей аристократии.

— И чего вы хотите добиться его появлением здесь? — я действительно не понимал мотивов Ферт.

— Урсон говорит, что те заложники, что они видели, очень странные.

— Что значит странные?

Ферт помолчала, задумчиво вглядываясь вдаль, словно там скрывались ответы. Терпеть не могу, когда люди подобным образом оттягиваю ответ, который может не понравиться.

— Он говорит, там были люди на инвалидных колясках, одна женщина выглядела, словно не в себе: отсутствующий взгляд, слюна, безвольные движения.

— Ну и что? — не понял ее намек. Что именно она хотела этим сказать?

— Аарон, в полицию не поступали заявления о пропаже людей или о похищении. Их никто не ищет.

— И? — я готов был уже взорваться, но пока еще мог сдерживаться. Ферт сама сейчас разговаривала со мной, как с умственно отсталым.

— Темные твари, Ворн, да они добровольцы! Ты что не понимаешь? — Ферт всплеснула руками, а я почувствовал себя тугодумом, потому что даже Лиа написала это.

Если они добровольцы, тогда понятно, зачем столько пиков в цикле и энергии. Ее явно больше, чем нужно было бы одному человеку или даже двоим.

— Тогда зачем они сказали, что у них заложники? И зачем имя?

— Тянут время. А насчет тебя не знаю, — пожала комиссар плечами, складывая руки на груди. Ее холодные глаза блеснули в отсветах заходящего солнца, и она зло сказала: — Играются, детки, думают, что водят за нос полицию.

— Ну, они и водят, — констатировал факт, — и водили. Если это добровольцы, то значит их уже гораздо больше, чем двое, это уже сговор, банда.

«Не обязательно», — не согласилась Лиа, — «это эксперимент с добровольцами, этапами и выводами. Они пробуют систему гораздо раньше, чем это станет возможно, действуй они в рамках закона».

— В рамках закона им никто не дал бы убивать одних людей, чтобы спасти других.

«Точно?» — прищурилась Лиа.

— Ты на что-то намекаешь или просто не любишь страну? — Ферт и сама говорила без пиетета к империи и императору.

— Лиа права, — прервал спор ни о чем, — они форсируют события в заказанном эксперименте. Сколько лет еще пройдет, прежде чем научный совет даст добро на первые эксперименты на людях? Предположу, что многие не доживут до этого. Те же Тарвис и Юрвис. Сколько им? Около тридцати? Проводники не доживают до сорока. Даже я не доживу.