Книга Вампиры Дома Маронар, страница 97 – Александра Плен

«Тело груллов очень пластично. Оно как нельзя лучше подходит к изменениям. Им всего-то нужно будет жить рядом с кадо», – писал некий Тарос Моронару.

Только при чём здесь кровь? Если в свитках подарком для людей выступало лишь Дерево? Зачем мешать отвар с кровью, если она ничего не привносит в напиток? Просто, чтобы быть похожими на вампиров? Ведь можно просто пить прекрасный чай из листьев и не кривиться каждый раз, заглядывая в бокал.

Я села на пол и прислонилась спиной к комоду.

– Ваше Дерево зовут Кадо, – произнесла устало.

– Я знаю кадо, – ответил Джет, опускаясь напротив меня, – это южное вьющееся растение с открытыми корнями. Из его листьев получается хороший лечебный отвар. Он излечивает даже тяжёлые внутренние повреждения. Я сам пил его после ранения.

– Дерево – это кадо через пару миллионов лет эволюции. Хозяева просто её ускорили. И ваше «суперредкое волшебство» – обычный отвар из листьев или корней. – Я хмыкнула и хрипло продолжила: – Они ушли. Все. Сделали людям подарок и ушли в другой мир. Больше тысячи лет назад. Нет никаких спящих Богов, которые могут проснуться в любой момент, как грозятся служители в Храмах… Людям врут.

Зрачки у Джета расширились, он медленно выдохнул и коснулся моей ладони:

– Значит, ты здесьнавсегда.

И тут меня накрыло по всем пунктам. Глаза защипало, как будто я нырнула в бассейн с хлоркой без очков и мозгов. Жуткое слово «навсегда» прилипло к виску, как карамель к волосам: не отодрать. Рука Джета дёрнулась – то ли приобнять, то ли последний свиток из моих лап стащить, не разберёшь.

Ну правда, что ему стоило хоть разочек завернуть горькую правду в блестящую обёртку? Прикинуться валенком, пообещать что-нибудь хорошее. Светлое, доброе. Правдоруб, несчастный. Отвечает, будто слова у него по талонам: коротко, сухо, не смешно.

Как его ещё не прибили в здешнем мире с его-то честностью? Даже я ещё не оформила эту мысль в голове полностью, а он её уже озвучил!

Он что, догадался, что я собираюсь отсюда свинтить? Жалеть меня вздумал? Или, как все местные, тихо радуется, что я теперь не сбегу?

Я зыркнула на него исподлобья. Джет на меня не посмотрел – поднялся, потянулся к свиткам и с видом приличной домохозяйки начал складывать их в стопки и прятать по ящичкам.

– Я знаю, что тебе не нравится наш мир, – сказал он тихо, не оборачиваясь, – но если ты будешь жить в дома́не постоянно, войдёшь в род Маронар, то твоя жизнь будет не такой уж и невыносимой, как ты думаешь…

– То есть ты советуешь мне выйти замуж? – фыркнула я. – За Леванта, да? Или за двенадцатилетнего племянничка Главы? Вариантик так себе, но звучит весело.

Джет на секунду застыл, прокашлялся и продолжил – опять спиной, как будто у него глаза между лопатками.

– В дома́не полно других членов семьи Маронар. На бал приглашены все.

– Океюшки, – я поднялась. Хватит рефлексировать, пора практиковать. – По твоему совету присмотрюсь к женихам.

– Я не… – начал он и сам себя оборвал. – Да. Присмотрись.

Больше говорить было не о чем. За час я прочитала всю переписку Маронара со своими братьями-сёстрами (кто их знает?). Увы, так и не поняла, как выглядели эти вампиры-дома́ны. В Храмах стоят статуи Богов – я и в наш, маронарский, заглядывала. Ничего выдающегося: высокий, худющий, почти скелет, без волос, с крыльями и ушами-лезвиями. Наши фантасты, выходит, и правда не так уж промахнулись – списывали с кого-то.