Книга Вампиры Дома Маронар, страница 95 – Александра Плен

План, придуманный мной, был прост как дверной глазок: дождаться, когда библиотека опустеет – ни деда, ни Главы, ни шепота мебели. Одним махом осушить весь асиш, включить режим «мозговой штурм» и, наконец, раскусить этот чёртов шрифт Хозяев-вампиров.

Джет смотрел в окно. Я немного полюбовалась на шикарную фигуру парня, освещённую солнцем, тяжело вздохнула, открыла пузырёк и выпила весь запас драгоценного пойла. Прошептала «рассудок» и приготовилась креативить.

Через пару мгновений по голове бабахнуло так сильно, что первое время показалось, что она лопнет, как воздушный шарик на детском празднике. Сначала обрушилась память. Спросил бы меня сейчас кто-нибудь, что я делала пять лет три месяца и два дня назад, я бы перечислила каждый шаг поминутно. Я помнила свою жизнь чуть ли не с рождения. Первый год, правда, шёл в формате артхаусного кино: картинки, запахи, ощущения. Всплыло недовольное лицо бабушки, когда ей на порог занесли «подарочек» в коляске. Вспомнился запах духов повитухи, которая таскала меня на кормление в роддоме, и даже узор на её халате.

Школа, институт, весь свод законов РФ, лекции, семинары, случайные статьи в интернете, которые я листалав три ночи вместо сна – всё это внезапно ровно разложилось по аккуратным полочкам в голове, как в библиотеке маньяка-перфекциониста.

Потом я заметила, что могу думать о десятках вещей сразу. Параллельно, без зависаний.

Меня тревожила семейка Маронар, зудело ощущение, что дед хитрит – у него явно на меня свои планы, только не признаётся. По косвенным данным поняла, что жена Главы что-то скрывает, а Неферет изменяет старшему наследнику. Почему-то именно сейчас несколько косых её взглядов в сторону охранника, мимолётная встреча в дальнем коридоре и случайная оговорка за столом сложились в одну стройную и однозначную картинку.

В довесок я обнаружила, что: могу в уме посчитать налоговую декларацию для всего дома́на, прикинуть, на сколько лет им хватит запасов при текущей пропускной способности ворот, определить примерное число жителей, и спокойно вычислить, сколько телег с провиантом нужно загонять, чтобы тут никто не похудел против своей воли.

И всё это – за то время, пока нормальный человек просто наливает себе чай.

Абсолютно всё, что я когда-либо учила, слышала, листала, гуглила, мельком смотрела по телевизору или случайно зацепила взглядом на фресках в храмах, когда путешествовала на каникулах с группой, – всё это переплавилось в голове в одно огромное, сияющее Знание.

Если очень захочу, сейчас же смогу схему электрической цепи начертить или двигателя внутреннего сгорания. Ядерный реактор – пожалуй, рановато, там слишком много других факторов задействовано, но вот автомобиль или дирижабль? Да легко. Попросите только карандаш потолще.

Пока мне не пришло в голову вспомнить что-то ещё, я подлетела к секретеру, где хранились свитки Хозяев, и вытащила один, самый большой. Развернула и вгляделась в буквы.

Не-не, только не говорите, что они мне ничего не напоминают. Я же уже вычислила: человеческая письменность вообще выросла из нашей, земной, просто превратилась в винегрет из различных языков, причём древних.

Стало ясно, что бумага у свитков – совсем не бумага, а папирус, но такой тонкий и ровный, что египтянам остаётся только нервно листики пересчитывать. Чернила здешние, растительные, но очень стойкие… Вот это – буква «аор», а это – «тань»… Минуточку… А вот здесь чёрным по бежевому: «Здравствуй, младший брат».