Книга Последний призыв, страница 75 – Лисса Рин

– Не позволю, – отрезал он и быстро накрыл ее кисть широкой ладонью, не позволив полотну себя коснуться. – Как ты и сказала, мне уже не помочь. Так что оставь свое фальшивое благословение для страждущих смертных.

– Тогда что же ты хочешь, дитя?

Андор тихо хмыкнул и, окинув женщину презрительным оценивающим взглядом, скрестил руки на груди.

– Дитя желает ответов, Велиала, – вкрадчиво произнес он и склонился к служительнице, совсем как она недавно. – Или, может быть, стоит называть тебя пресвятой Матерью-Покровительницей?

Глаза Велиалы почернели. Андор удовлетворенно хмыкнул и на всякий случай сжал руку в кулак: похоже, он подступил к самому краю Багряной черты. По крайней мере, немигающий, пронизывающий насквозь взгляд вкупе с легкой полуулыбкой на побелевшем лице производили поистине зловещее впечатление. Похоже, вошедшей в роль благочестивой служительницы демонице действительно не понравилось столь открытое насмешливое пренебрежение какого-то низкорангового беса.

Вот только Андор не был бесом. И низкоранговым уж точно себя не считал.

– Что ж, дитя, – прошептала Велиала. Ее глаза снова наполнились оливковой зеленцой. – Следуй за мной. – И, развернувшись, она поспешила вглубь сада, обрамленного скелетами сбросивших последнюю осеннюю листву деревьев.

Оставив позади слабо ропщущую очередь, Андор послушно последовал за Велиалой к маленькой, но довольно миловидной постройке в самом уголке прихрамовой территории.

– Только не говори, что ты еще и исповедовать имеешь право, – сквозь зубы процедил Андор, когда они вошли внутрь уютной часовенки.

Он покосился на развешанные вдоль стен многочисленные образы почитаемых смертными святых и покачал головой. Скинув с себя длинное одеяние, Велиала раздраженно смахнула с массивного дубового стола остро пахнущие ладаном свечи и корзину подношенийи бесцеремонно уселась прямо на столешницу, закинув ногу на ногу.

– Мне это ни к чему, – небрежно махнула рукой Велиала. – Мое безграничное влияние позволяет притянуть любую понравившуюся душу одним лишь… – И она демонстративно щелкнула пальцами.

Андор многозначительно оглядел оставшуюся без изменений часовню.

– Впечатляет, – с насмешливой издевкой протянул Андор и негромко похлопал. – Дай знать, когда научишься пользоваться эфиром.

Стекло на ближайшем к Андору образе лопнуло и осыпало его колючим крошевом, благо он вовремя прикрыл лицо ладонью.

– Кажется, я начинаю понимать, почему тебя не пускают в исповедники, – покачал головой Андор, покрутив вокруг ладони стеклянное крошево, а затем легким взмахом отправил восстановленное стекло обратно в рамку. – Ты курсы по контролю гнева пройти не пробовала? Медитации, еще говорят, неплохо помогают.

– Знаешь, Андор, – воздух в часовне враз потяжелел и сгустился, – исполняющим свои псиные обязанности на границе Покрова ты мне нравился куда больше.

– Я не пожалованная душа, чтобы всем нравиться, – парировал Андор, выдерживая долгий изучающий взгляд Велиалы. – А свои предпочтения можешь засунуть… на самое дно охраняемой тобой святой канавы.

Велиала резко выпрямилась. В часовне стремительно почернело, а деревянные стены мелко задрожали, стуча многочисленными образами.

– Я по делу, дер Шакс. – Он даже глазом не моргнул и небрежным взмахом ладони рассеял подступающее к нему зловещее багрово-черное облако.