Книга Я – Совесть злодея, страница 23 – Анастасия Сиалана

– Госпожу совесть.

Я посмотрела на стража, посылая в него убийственные лучи взглядом.

– Какое ж это будущее? Это настоящее. Как всегда, эта гаргулья паникует без причины и заставляет поседеть половину нечисти, – недовольно ругалась Зала. – Вольфыч кастрюльку с беляшами рассыпал от страха, призраки слились с фресками в храме бога Года, а Жабыч заработал несварение и случайно выплюнул воришку, которого до этого проглотил. Сплошной хаос от тебя, Манна.

– Но я видела! Видела-а-а… – страшным голосом завыла гаргулья, высовывая морду из-под собственного крыла.

– Да ты уже три десятилетия как слепа! Чегой ты там видела, нерпа задубелая? Собственной тени боишься. Чуть что, весь город на уши ставишь. Тьфу! – Зала действительно плюнула в сторону Манны и стража, после чего повернулась ко мне с самой добродушной улыбкой. – Кушай, деточка. Не обращай внимания на окаянную: камнем обращается, так и в голове сплошная каменная крошка.

– Она погу-убит нас. Погу-у-убит, – продолжила выть гаргулья, но гораздо, гораздо тише.

– Ты это уже в сотый раз говоришь, и мы все еще живы. Цыц, оракул-параноик!

– Я не параноик, – обиженно просопела Манна, осторожно слезая с Полоха. – Я просто тревожная.

– Пристукнутая ты. Тебе щелбан дашь, так ты кричишь, что голова раскололась.

– Лучше действовать на опережение, – не сдавалась гаргулья, но Зала уже потеряла к ней всякий интерес.

– Что будешь, дорогуша? Живые улиточки с травами, лягушки в кисло-горьком соусе или болотная плотва с тухлым яйцом? – мягко поинтересовалась старушка.

– Воды… – еле выговорила я, смотря на свое зеленеющее отражение в стеклянной тарелке.

И вот настал тот момент, когда Манна перестала быть самым страшным в этой столовой.

Как я ни пыталась справиться с тошнотой, у меня не получалось. В конце концов я выбежала из столовой, чтобы больше не видеть и не чувствовать запаха принесенных старушкой блюд. Нужно было срочно глотнуть свежего воздуха, но, как назло, все окна были наглухо закрыты. Каким-то чудом я выбежала в знакомый холл и бросилась к выходу. Дверь, к моему удивлению, удалось открыть с первого раза. Похоже, обитатели дворца не боятся воришек или убийц. Да и, как я поняла, весь Полуночный город жутко боится своего владыки.

На улице я привалилась боком к ближайшей колонне и постаралась не думать о еде вовсе. Получалось плохо, поскольку желудок громко урчал, при этом подавая рвотные позывы. Это ужасное чувство – испытывать голод и тошноту одновременно.

– А кто это у нас тут позеленел? – В поле моего зрения вместо пола появились сперва мыски местных сапог, после чего их обладатель присел на корточки и заглянул мне под свесившиеся короткие волосы. До сих пор стараюсь не притрагиваться к новой прическе, чтобы не спровоцировать истерику.

– Я есть хочу, – расстроенно сказала, стараясь не пустить слезу.

– И в чем проблема? – поинтересовался Владис, продолжая с интересом разглядывать мое лицо.

– Местная еда, – выдохнула, стараясь не вспоминать блюда, виденные мной в столовой.

– Странно. Зала прекрасный повар. – Он обхватил свой подбородок большим и указательным пальцами, будто задумался. – Неужели не угодила? Поэтому ты почти слилась цветом с Жабычем? Клянусь, даже мавки в ближайших болотах имеют менее интенсивный зеленый оттенок.