Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 179 – Екатерина Ильинская

Волк рыкнул, я отшатнулась, чуть не упав, и образы развеялись. Зверь виновато кивнул и осторожно отошёл на безопасное расстояние.

Маргери я так и не дождалась: быстро нацарапала записку, оставила залог за работу и сбежала к себе — туда, где не было никаких больших, зубастых, клыкастых и прочих опасных животных. А только одна средних размеров пушистая коббарра. Которая взяла и умерла.

* * *

Саюши неподвижно лежала в проходе из приёмной в свою комнату, и в первое мгновение я подумала, что она просто разленилась и спит. Даже потыкала носком туфли, намекая, что порядочные змеи где попало не валяются. Но тело коббарры внезапно легко перевернулось и уставилось на меня пустыми провалами глаз. Абсолютно пустыми. Тёмными отверстиями там, где раньше были глаза.

Ужас и паника накатили моментально. Волосы встали дыбом, меня затрясло, из горла вырвался приглушённый вскрик. В голове крутилась всего одна мысль, что этого просто не может быть. Нет-нет-нет! Саюши жива! Жива! Но пустые провалы глазниц продолжали высасывать из меня душу, силы и веру в чудо.

— Госпожа Ковальд, здрасьте.

Дверь сзади хлопнула, чуть не вызвав сердечный приступ. Но теперь я была не одна и вцепилась в плечо Джейка с такой силой, что мальчишка даже охнул. А я посмотрел на него с отчаянием и надеждой, как будто он мог отменить произошедшую трагедию.

— Всё-таки облезла ваша коббарра? — спросил он, но я не разобрала. Только видела, как двигаются его губы, и слышала звуки, которые отказывались складываться в понятную фразу. — Она уже, эт самое,неделю линяла… А где она сама-то? Покажете?

— Кого? — сглотнула я, понимая, что надо поднять тело и отнести его к Элле. Хотя ветлекарь, очевидно, тут ничем уже помочь не сможет.

— Ну, коббарра, — почесал щеку Джейк и попытался вырваться из моей хватки.

— Пс-с-ст, — донеслось едва слышное из комнаты. А потом оттуда появилась совершенно лысая голова змеи и сразу же смущённо скрылась. И только тут до меня дошло, что Саюши не умерла, а просто сбросила кожу!

От облегчения потемнело в глазах и подкосились ноги. Если бы не опиралась на Джейка, то точно бы упала. А так обошлось нервным смехом, перешедшим во всхлипывания и рыдания, ломотой в висках и перепуганным секретарём, который не понимал, как меня успокоить.

К счастью, его сообразительности хватило довести до кресла, принести стакан воды и уйти на улицу, давая выплакать всё, что накопилось за последние дни: отъезд Хантли, горести Ники, нападение на Лейралию, заказ мэра, угроза жизни ловчему мрака, приглашение на бал, «смерть» коббары, а главное, то что я совершенно не могла с этим ничего поделать.

Через полчаса или около того слёзы закончились, а на душе воцарилась звенящая пустота и странное облегчение. Саюши приползла и устроилась под креслом, иногда касаясь моей лодыжки голым хвостом, от чего я вздрагивала, но ногу не убирала.

Что я, в самом деле? Никто же не умер — даже коббарра. Хотя я на несколько минут так подумала. И я надеюсь, никто не умрёт. Так почему я так распереживалась? Голова болела, нос опух, щёки горели, а глаза щипало, жутко хотелось спать. А первый клиент вот-вот должен был прийти. И к этому я была совершенно не готова.

Спас меня снова Джейк, и я дала себе обещание повысить ему зарплату. Правда, учитывая, что платила деньги ему не я, а Хантли, то обещание выглядело опрометчивым. Ровно в десять мальчишка вернулся в приёмную и положил ежедневник на стол.