Онлайн книга «Победоносец»
|
Онагост уже отбивался от двух человекоподобных существ, но что-то было не так… Его противники были если не сильнее, тогда безумнее – они прыгали прямо на его меч! Ему было не выстоять – третий был слишком близок к нему! Я схватился за свой лук и стал выпускать стрелы… Обычно меткий, я непривычно для себя дважды промахнулся – стрелы уткнулись в землю у ног Земского! Промахнись я в третий раз – Онагоста было бы не спасти. Но я попал… Прямо в голову третьего существа… Онагост как раз разделал своим мечом двух других и в следующую секунду увидел мою помощь… Я прокричал ему, чтобы он немедленно бежал в Замок… Он прокричал в ответ, что за стеной остались ночные дозорные, и тем не менее, сразу же благоразумно бросился к воротам, которые уже начали закрываться. Бросив взгляд на противоположную вышку, я понял, что Громобой в одиночку, с нечеловеческой силой бурого медведя, стал ворочать жернова! Сам, без помощи второй башни! Не уверен, что смог бы провернуть подобное в одиночку… Я всем телом налёг на свой рычаг, и ворота сразу же стали закрываться быстрее… Я не был уверен в том, что они в итоге не закрылись прямо перед носом Онагоста, поэтому когда увидел того взбегающим на вышку Громобоя, с облегчением выдохнул: успели сохранить на плечах не столько его голову, сколько свои! Ещё до того, как на закрытые ворота навалилась толпа Блуждающих, над Замком впервые в истории его существования разлился громоподобный колокольный звон: Онагост сообщал нововерам о наступленииконца света. *** Громобой и Онагост – двое из пяти наружных стражников той ночи, оставшихся в живых. Им повезло лишь потому, что они оказались вблизи ворот, за которые успели зайти в последний момент. Двадцать других стражников, охраняющих периметр Замка снаружи, были или растерзаны, или пополнили ряды Блуждающих. Этой страшной ночью, половина из которой прошла под потоками ливня, на стене сражались все мужчины Замка: и состоящие в дружине, и рядовые, и старики, и подростки – каждый стрелок был на вес золота. Стреляли прицельно в головы – только таким попаданием удавалось уничтожить цель наверняка. Всю вторую половину ночи, беспрерывно выпуская стрелу за стрелой, я бок о бок простоял на одной из дозорных башен с Ратибором, Громобоем, Онагостом, Утровоем и отцом. Опасения об истощении запасов стрел начали подтверждаться только к рассвету, когда поражение орды стало очевидным: горы заражённых Сталью и убитых нашими стрелами людей выросли вокруг стены чёрными клочьями. Я не переживал за Ванду, потому как Ратибор успел передать ей послание через Отраду, которая по пути должна была оповестить и Полелю о необходимости сидеть дома под замком. И всё же, на протяжении всей ночи я думал только о том, не вышла ли Ванда за стену до того, как до неё добежала Отрада. По моим подсчётам она не должна была выйти раньше времени, и всё же моё сердце было не на месте. После же того, как отец в пылу битвы сказал Утровою слова: “Вот и началось”, – я окончательно осознал провал возможности нашего побега, и на мои плечи сразу же осела целая гора тяжких предчувствий: не быть нам с Вандой вместе. И всё же теплилась надежда: этой ночью я спас не только Замок, но заодно и сына князя – а вдруг этот факт поспособствует в моём сватовстве к дочери правой руки князя? Смешная и совершенно глупая надежда зелёного юнца. |