Книга Проклятый дар, страница 61 – Анна Одувалова

А еще у меня появилась соседка, но на нее я стараюсь не смотреть. Только она сидит за столом напротив, и сделать это сложно. Пытаюсь не поднимать глаза, чтобы не видеть ее лицо, таращусь в тарелку и на свои колени. Иногда в поле зрения попадает подол розового платья с рюшами. И это кукольное платье – самое страшное, что я видела в своей жизни. Понятно, что не само платье, а в тандеме с его хозяйкой.

А еще у моей соседки волосы. Длинные, вьющиеся, спускающиеся за спинку стула, на котором она сидит. Страшный человек никогда не заплетает их в косу, оставляет распущенными – они, как золото, рассыпаются по плечам хрупкой девочки, которая делит эту комнату со мной.

Я нервно провожу руками по своей косе и выдыхаю. Мои короче. Значительно.

Больше всего я боюсь того момента, когда они отрастут ниже поясницы. Тогда страшный человек подарит мне платье… розовое с рюшами. Он сказал, что уже выбрал, какое именно. У всех его кукол – самые лучшие платья. Похожие друг на друга, но в то же время разные.

Кит слушает мой рассказ с отрешенным выражением лица. Мне кажется, он воспринял историю хуже, чем Дар. То ли недо конца понял, то ли не до конца поверил, то ли оказался нежнее, чем брат, и так выражается шок. Мне все равно.

– Каро… а что с соседкой? – осторожно интересуется Дар. – Это ведь ее платье тебе сегодня прислали? То есть я не совсем так спрашиваю… – Он вздыхает. – Почему акцент на платье? Это ведь всего лишь платье твоей соседки?

– Всего лишь… – Я хмыкаю и опускаю глаза, как тогда, в детстве. Но, как и тогда, это не помогает. Все самые страшные вещи навсегда отпечатались перед внутренним взором. – Потому что я изучила его до мелочей. Я узнаю это платье из тысячи. Он говорил, что, когда я стану достаточно красивой, мне он тоже подарит платье. Знаешь, как я этого боялась!

– Не такое?

– Нет. Свое особенное платье…

– Но сейчас он прислал платье соседки… – подает голос Кит, и Дар поддерживает:

– Почему?

– Потому что он больной и знает все, что пугает меня до дрожи. И эта осведомленность… Она не дает мне покоя.

– Но почему платье пугает до дрожи?

Я прикрываю глаза и выдыхаю. Сказать очень сложно. Иногда я думаю: как маленькая девочка смогла выжить и не тронуться умом? У меня ведь были все шансы. Нет, конечно, нормальной меня назвать сложно. Но я не в доме скорби, и это уже хорошо.

– Меня пугало не платье, а соседка… – наконец поясняю я.

– Да что с ней было не так? – восклицает Кит. – Что? Что в ней было страшнее маньяка, который вас удерживал?

Парень не понимает. Ему просто в голову не может прийти такое. Такое не пришло бы никому в голову. Ну, кроме Страшного человека.

– То, что она была мертва! Давно мертва! Но иногда он заставлял нас играть и… – Я сглатываю, совершенно не желая снова погружаться в воспоминания, которые, думала, давно смогла стереть из памяти. – У него был амулет. Мертвая девочка могла поддерживать мои игры. Вы когда-нибудь играли в куклы с мертвецом?

Ответом служит тишина.

– А вот я – да. И в один момент… там, в розовой комнате… это даже стало казаться мне нормальным.

– Но как… ты ведь смогла выбраться? – сдавленно спрашивает Кит.

Я вполне натурально смеюсь:

– Да, смогла. Я же сижу перед тобой, взрослая и живая. Я выбралась, а он не так давно умер в лечебнице для душевнобольных. Все, конец. Именно так я думала, когда получила грант на обучение в колледже. Не думала, что кто-то сможет так хорошо покопаться в моем прошлом и начнет отравлять жизнь.