Книга Невыносимый дар, страница 133 – Анна Одувалова

Мара говорит, что Кита больше нет. Уже прошли похороны для узкого круга родных в закрытом гробу. Пепел, как и положено у магов огня, развеяли. Дара на похоронах не было. Его никто не видел с того самого дня. Документы из колледжа он забрал. Точнее, не он сам, а представитель семьи. Мирс Амелия временно отменила всех учеников и не выходит из дома.

Я понимаю, что я должна увидеть мирс Амелию. Меня гложет то, что я не пришла на похороны Кита, ведь он погиб из-за меня. Я привела его к Дару и не могу себе этого простить. И Дар мне этого не простит. Он уехал, даже не попрощавшись, и это разрывает душу, но я его понимаю. Я просто не могу переварить то, что случилось за последние дни. Не верю, что Кита нет, Дар меня ненавидит, а моя жизнь продолжается. И окружающие ждут, что я войду в колею и как-то буду планировать свое будущее. Не хочу учиться. Не хочу цеуньши. Ничего не хочу. Кажется, метод Дара – уехать и начать с чистого листа – лучшее решение, но я не могу сделать даже это. Вдруг когда-нибудь Дар найдет в себе силы простить меня и вернется?

Шэх пресекает идею забрать документы. Я бы не послушалась, но и Мара, и Волк единодушны. Я никому не сделаю проще, если брошу учебу.

В колледже никто не знает подробностей трагедии, а те, кто знает, будут молчать. Решение не такое простое, но я все же его принимаю и остаюсь в колледже. И даже вливаюсь в общий ритм. Пока не живу, а существую, но постепенно приходится смириться с тем, что мир не остановился. В нем происходят какие-то события, и мне надо принимать в них участие. На тренировки я тоже возвращаюсь. Оказывается,они единственное, что держит меня на плаву. Они спасли меня в детстве, спасают и сейчас. К дому близнецов прихожу через две недели и долго стою у двери, прежде чем решаюсь постучать.

Мне открывает сама мирс Амелия, словно чувствует, что за дверью не случайный человек.

– Простите… – начинаю я, понимая, что слова даются с трудом. Мирс сильно постарела. На сером, осунувшемся лице лишь яркие, так напоминающие близнецов глаза горят по-прежнему ярко. – Вы, наверное, не помните меня…

– Ты серьезно так думаешь? – сухо спрашивает она. – Нет, Каро. Я не могу забыть девушку, которая так круто изменила мою жизнь. Нет, – пресекает она извинения, уже готовые сорваться с моих губ. – Я не виню тебя в том, что потеряла обоих внуков. Дар всегда был безрассуден, а Кит – излишне жертвенен… Твоей вины в случившемся нет, в этом не виноват никто. И в этом точно не виновата ты. Каждый принял решение сам. Моя беда в том, что я не научила внуков делать правильный выбор.

Слезы подступают к горлу, и я не пытаюсь их сдерживать.

– А Дар… Дар не считает так. Он ведь никогда не сможет простить меня?

– Дар никогда не сможет простить себя, – тихо говорит мирс Амелия. – Он слишком дорого заплатил за свою мечту, и ему сейчас очень больно.

– Где он? – спрашиваю я с надеждой.

– Не знаю. Уехал, и не думаю, что вернется. По крайней мере, не сейчас. Если ты хочешь его ждать… не жди. Это бессмысленно. Вряд ли он когда-нибудь станет прежним. Такие трагедии сильно меняют.

В ее голосе боль и сожаление, словно и с этим внуком она уже попрощалась.

– Я могу его найти?

– Кто знает? Но я тебе в этом не помощница. Я не знаю, где он, и, если бы знала, не сказала бы. Это его воля. Отпусти его, Каро. Вряд ли он сможет отыграть назад свое отношение к тебе. Это не в его натуре. Не терзай ни его, ни себя. Случившееся всегда будет стоять между вами.