Книга Невыносимый дар, страница 132 – Анна Одувалова

– Ты на хрена его сюда привела! – орет Дар, на коленях пытаясь добраться до брата.

Я обращаю внимание на то, что экзоскелета нет. О нем напоминают только плетения золотых проволок на одной руке. Но процесс не закончен, и Дар не в силах его прекратить. Он безуспешно пытается разорватьмагическую связь, но не может. Ему на помощь кидается Волк. Мой друг стаскивает с себя куртку и пытается сбить с Кита магическое пламя, но это не дает никаких результатов. Мы все вынуждены наблюдать за тем, как Кит пылает, словно свечка. Он падает сначала на колени, а потом лицом вниз. Пламя начинает потихоньку спадать, обнажая обугленное, изуродованное тело.

Я не могу даже расслышать, что кричит Дар. Кажется, проклятья. Слезы застилают глаза, и Волк снова поддерживает меня, чтобы я не упала.

Когда в помещение влетают шэх и мирс Амелия, все уже закончено. Дар на коленях рыдает над почерневшим телом брата. В том, что Кит мертв, нет никаких сомнений. Не нужно даже подходить – после такого не выживают. От Кита мало что осталось. Особенно страшно это на фоне совершенно целого помещения. Магический пожар не оставляет ни следов, ни запаха. Наверное, поэтому в случившееся не получается поверить. Но чуда не происходит. Я несколько раз моргаю, но картинка не меняется. Дар исполнил свою мечту, только вот какой ценой? Никто не был готов ее заплатить.

– Это я во всем виноват… – произносит Дар глухо. Безжизненный взгляд, вместо лица – восковая маска.

Мне кажется, сейчас погиб не только Кит, но и его брат. От этого так больно, что в груди все леденеет. Если мне так невыносимо, то как же чувствует себя Дар?

Он медленно поднимается и на негнущихся ногах идет к выходу. Кидаюсь к нему, чтобы обнять, но меня останавливает один лишь взгляд. В нем отчаяние и тьма.

– Никогда не подходи ко мне, – тихо произносит он. – Это был мой бой, ты не дала мне его провести. Я просто просил тебя не вмешиваться. Ты же сделала хуже. Если бы я хотел позвать Кита, позвал бы его сам.

– Ты бы погиб, если бы я не вмешалась! – всхлипываю я, слишком поздно понимая, как эгоистично звучат мои слова.

Дар реагирует сразу же.

– Да кто ты такая, чтобы решать, какому из близнецов жить? – выплевывает он, и я медленно оседаю, как только до меня доходит смысл его слов.

Я и в мыслях не желала зла Киту, я просто хотела спасти Дара.

Он уходит, и дальше я просто теряюсь в своем отчаянии. Меня поддерживает Волк. Я вижу мирс Амелию с опущенной головой возле тела своего второго внука, которое уже накрыли чьей-то рубашкой, возможно, Дара. Я не помню, как меня выводят, и отключаюсь уже в коридоре, чтобы прийти в себя в спальнев доме шэха. Я даже выйти из нее боюсь. Не хочу знать, что было после того, как я потеряла сознание. Ничего хорошего.

В таком состоянии провожу три дня. За это время ни звонка, ни визита Дара. Глупо говорить, что я не жду. Жду. Очень. Пытаюсь связаться с ним сама, но это тоже не срабатывает. Он вычеркнул меня из своей жизни. Не могу его за это винить.

Пару раз заходит Волк, но шэх запрещает ему говорить со мной про случившееся. Шэх вообще ограждает меня от всего. Не могу понять его отношение к произошедшему. Он тоже меня винит? Или беспокоится? Узнаю я все на четвертый день от Мары, которой запреты шэха не указ. Он пытается ей что-то диктовать, но с дочкой мэра спорить себе дороже, она не слушает даже отца.