Книга Душа моя, гори!, страница 111 – Виктория Яровая

В голове мелькали кровавые сценарии нашего приземления с переломами и свернутыми шеями. Вдруг впереди показалось слабое свечение, быстро превратившееся в стену огня. Мы летели прямо в пасть огромной жаровни.

– Нет! – успела крикнуть я, и мы со всей силы врезались в нечто плотное, но мягкое и тягучее.

Зубы с силой клацнули, чудом не отхватив кусок языка. Падение прекратилось. Неужели целы? Ан нет. Тело медленно проваливалось – мы погружались в огромное огненное желе. Всполохи огня вырвались сквозь липкую субстанцию и начали обволакивать мое тело.

– Почему не больно? – спросила я у пытающегося выбраться из ловушки Грэга.

– Это дарующий огонь, – ответил он, уже погрузившись по пояс. – В мире людей он обычно не жжется.

– Мы не выберемся, – констатировала я грустный факт.

– Тогда давай попробуем рвануть вниз. Я чувствую там пустоту, – предложил Грэг и поерзал.

От движения его затянуло по грудь. Последовала примеру спутника и быстро задвигала ногами. Желейная трясина начала поглощать мое тело. Как только она достигла груди, меня накрыла волна испепеляющей боли и я закричала. Печать Кималана вспыхнула. Из серебристого узора полился яркий голубой свет. Он огромным сгустком застыл в огненной преграде и начал быстро пульсировать.

В глазах потемнело, я не чувствовала своего тела. Крепкий захват Грэга – и он с силой дернул меня вниз. Секунда падения – и мы рухнули на твердую землю. Как больно! Хоть я и умудрилась половиной тела упасть на Грэга, но моя левая нога и рука точно обзавелись лиловыми синяками.

Снизу донеслось шипение и ругательства. Поспешила скатиться с мужчины и быстро проверила свои конечности на наличие переломов. Фух! Цела.

– Ты как? – спросила у принявшего сидячее положение Грэга.

– В норме, – процедил он, держась за левый бок.

Крепко сжатые губы выдали его с потрохами: нормой там и не пахнет. Вот же блин!

– Дай посмотрю, – настойчиво сказала я, подползая к нему.

Грэг попытался от меня отделаться, но быстро понял всю бесполезность своих попыток. Я стащила с него рубашку и осмотрела причиненный ущерб. Нассадины и порезы от камней я даже не обратила внимание. Мелочи – на нем заживет как на собаке. А вот выпуклости в районе ребер говорили о том, что одно из них, а то и больше, сломано. Снова зло выругалась.

– Научи меня парочке своих забористых словечек. Больно уж красноречиво они звучат, – с улыбкой сказал Грэг, натягивая рубашку.

Шутник доморощенный, блин. Он и до падения не отличался здоровьем, а нынче и вовсе недееспособен. Как с покалеченным партнером спасать духа? Мы даже добраться до Кималана не успели…

Раздраженно рыкнула и осмотрелась вокруг. Мы в пещере. Самой настоящей: темной, сырой и на большой глубине. От страха мои внутренности сразу сжались и уменьшились в размере, их место заняли здоровенные колючие мурашки. Горло сдавило в привычном спазме, и вдыхать становилось все сложнее.

Нет! Только не приступ клаустрофобии. Я так много времени, денег и сил потратила, борясь с ней. Я не имею права сдаться сейчас в плен ужасу и свернуться на полу беззащитным эмбрионом. Прикрыв глаза, я вспомнила часы терапии и дыхательную гимнастику. Дышать животом. Вдох, надуть живот, выдох ртом через трубочку. Еще раз и еще. Я вдыхаю свежий голубой воздух, а выдыхаю красный. Вся тревога выходит с ним.